Гейл полезла в сумочку за новенькими, с иголочки, водительскими правами. Проводник собаки зашел в купе, овчарка, вынюхивая запахи, повела мокрым носом. Дайана, пропуская полицейских в купе, шагнула в сторону туалета и достала права из кармана брюк.
— Пожалуйста, — сказала она.
Гейл подала документы молча. Она благодарила Бога хотя бы за то, что у нее не дрожит рука. Полицейские в купе, подрагивающий нос разыскной собаки. Гейл почувствовала запахи их формы из полиэстра, кожи ремней, на которых висело оружие, пса, услышала потрескивание рации и попыталась изобразить законопослушную гражданку, опасающуюся присутствия полиции, но которой нечего скрывать.
В горле застрял ком. Она с трудом его проглотила. Ей нечего скрывать.
Коп взял водительские права и достал рацию.
— Шестьсот семьдесят первый. Требуется десять семнадцать на двух лиц. Первое: фамилия Кинг, имя Д-е-б-о-р-а. Инициал второго имени — Э. Белая, пол женский. Дата рождения: 12/07/61, Нью-Джерси, водительское удостоверение 165566989. Вторая: фамилия Райт, имя Ники, инициал Л. Белая женщина, дата рождения: 3/15/79, Оклахома. Водительское удостоверение 9146874076. До связи.
— Десять четыре шестьсот семьдесят первому. Не отключайтесь.
Гейл посмотрела на подругу, не в состоянии понять эфирную галиматью. Зато Дайана прекрасно все слышала и представляла, что происходит. Сейчас дежурный забивал полученную информацию в компьютер. Проведут проверку. Национальный центр информации о преступлениях и преступниках даст ответ. Если документы Мэла не так хороши, как он обещал, они в глубоком дерьме. Проводник собаки щелкнул пальцами, и пес принялся усердно нюхать, кончик хвоста подрагивал.
Они ждали. Гейл поморщилась от запаха одеколона полицейского с рацией. Каждый раз, когда он переносил вес с одной ноги на другую, до нее долетали волны одеколонного аромата, молекулы надушенного копа проникали в нос и, растекаясь, захватывали все тело. Тошнотворное ощущение. Гейл вдохнула через нос, чтобы прочистить пазухи.
— Как зовут вашу собаку? — спросила Дайана.
Проводник покосился на нее не слишком дружелюбно и коротко бросил:
— Джинджер.
Услышав свою кличку, пес поднял голову. Проводник направился к туалету, Джинджер последовал за ним. Сел, ожидая приказаний. Мол, нет тут ничего, хозяин. Полицейские выскользнули в коридор. Первым — коп с рацией в руке. Стоял и ждал. Женщины сели. Дайана бросила взгляд на устроившегося за дверью Джинджера и вспомнила прочувствованный речитатив Джорджа Клинтона: «натасканный на травку пес подсел на наркоту по самый нос…» Запись принес в участок Ренфро, и все прослушали диск не менее восьми раз, прежде чем разобрали слова. Но когда поняли смысл, схватились за животы.
Из рации до Гейл донеслась новая чехарда звуков, зато Дайана уловила, что было сказано:
— Шестьсот семьдесят первый, оба объекта вне подозрений.
— Десять четыре. — Полицейский пожал плечами напарнику, кивнул Дайане и Гейл, вышел из купе и плотно задвинул за собой дверь.
Когда замок щелкнул, Гейл обмякла.
— Не могу поверить! Это Америка? Мы едем по Америке? Или нас везут по Европе сороковых годов? Что, черт возьми, это значит?
Дайана встала, выглянула из двери, задвинула створку и заперла на замок.
— Одно из двух, — по-деловому заговорила она, и Гейл увидела в ней копа. — Или у них имеется информатор, который сообщил, что в этом поезде везут наркотики. Или…
— Или?
— Или человек, утверждающий, что он тебе верный друг, а на самом деле не друг.
— На Мэла можно положиться.
— Гейл, эти полицейские располагают какими-то сведениями. Видно по их поведению. Они действуют не наобум. Что-то знают. Вопрос в том, о нас или не о нас.
— Очевидно, не о нас, иначе мы бы уже ехали в тюрьму. Документы выдержали проверку.
— Если только они не хотели убедиться, что это мы, и теперь станут за нами следить.
— Зачем?
— Хочешь меня убедить, что у тебя нет законспирированных друзей?
— В подполье?
— Да, в своего рода подполье. У любого полицейского слюнки потекут, только дай проследить за Гейл Рубин.
— Не думаю, что происходит именно это.
— Ты уверена, что происходит нечто другое?
— Мы не можем сойти с поезда, иначе полицейские решат, что с нами не все в порядке.
— Да. Подождем станции, когда они закончат обыск.
Женщины сидели и ждали. Воздух в купе сделался спертым. Они вспотели. Гейл стала разгадывать кроссворд в «Пост». Через сорок минут раздался гудок, и локомотив дернул состав. Поезд медленно покатил к станции. Черные буквы на белом фоне свидетельствовали, что они прибыли в Кливленд. Дайана принялась собирать вещи.
Гейл решила, что они совершают ошибку. В их билетах указано Чикаго — там они и должны сойти. А потом изменила мнение и тоже стала собираться. Черт! Не угадаешь. А в подобном состоянии — тем более. Наверное, так ощущаешь себя, если вводишь в вену наркотик. Отказывает голова, и ничего не соображаешь.
— Остаемся, — сказала она Дайане.
— С чего вдруг? — Девушка, не выпуская ручки собранного чемодана, плюхнулась на полку. — Нам надо выходить.
— Нет. Мы едем до Чикаго.
— Ты с ума сошла.
