[RE]волюция. Акт 1 полностью

– Ты тупой, потому что не понимаешь с первого раза. Я без понятия, как его уничтожить. Не имею представления, никак, совершенно, совсем – не знаю, – лениво протянула девочка, – Лучше посиди здесь, пока он не исчезнет. Когда-то же должен.

– Издеваешься? – холодность в его голосе обрела более агрессивный оттенок.

– Нет, – она уложила руки на колени, внимательно глядя в глаза Нефира. – Ты же из полиции, да?

– Не очевидно? – парень потряс электрошокером.

– На самом деле не настолько, насколько ты можешь себе представить. Тут вариантов не меньше сотни – вы же не единственные, кто носит и имеет право иметь оружие. С не меньшей уверенностью я могла бы подумать, что ты киллер.

– Но угадала с первого раза.

– Я привыкла считать, что первая приходящая в голову мысль самая верная, – девочка приложила ладонь к макушке, – Интуиция. Да и ведешь ты себя… как бы это сказать, не по-преступнически. Извиняй за странное понятие – у меня частенько выпадают из памяти подходящие слова, поэтому я придумываю новые.

– А как, по-твоему, действуют преступники?

Над городом пронеслись стрелы молний.

– Во всяком случае, куда обстоятельнее тебя. Да и полицейский из тебя тоже так себе. Нельзя же действовать столь необдуманно. Ну, знаешь, на носителя зловредной способности нельзя оказывать моральное давление, ибо при нестабильном психоэмоциональном состоянии фантазм может усилиться. Ты, как ищейка, думаю, и без меня это знаешь. Или… в противном случае я могла бы воспротивиться и скинуть тебя с крыши. Жить не надоело?

– Я не убиваю детей.

– К тому же, в Хартии человечества, в параграфе двадцать четыре, под шестым пунктом имеется примечание, что в случае наличия у одаренного экстремистских идей и мотивов, которые могут или уже нанесли вред общественному порядку, а также, если его действия повлекли за собой смерть одного или более лиц, суд имеет право назначить наказание в виде казни. Вот скажи, я же зло, у меня есть незначительный и все-таки мотив, но ты не выстрели. Почему? Зато одна пуля и проблема решена. С чего вдруг затормозился?

– Ты всегда так спокойно заводишь беседы с незнакомцами?

– Иногда незнакомцам проще высказаться, чем тем, кого знаешь всю свою жизнь. Ну, так ответь, почему не стреляешь? Как же долг перед обществом и законом? Мне столько раз приходила эта мысль в голову, что как бы порой люди не кричали об ответственности, важности защиты народа, мало кому по-настоящему есть дело до других. Ты не знаешь тех, кто погиб этой ночью и, наверняка, никогда не узнаешь, а им уже всё равно – они мертвы. И их станет больше. Зато ты здесь, в десятках метрах от опасности, но стоишь тут, будто, – подчеркнула она, – пытаешься остановить меня. Давай, нажми на курок. Или добиваешься признания? Как думаешь, все ли скажут тебе спасибо, узнай они, что ты убил ребенка? – её глаза заискрились любопытством. – Расскажи мне, Бин, что тобой движет?

Со стороны раздался шорох. Оба отвлеклись на звук – по привычке службы парень поднял оружие в направлении явившихся. Пистолет почти коснулся острия клинка, вынесенного вперед рыжеволосым мужчиной. За ним стоял мальчик… какой-то очень знакомый мальчик?.. Ребенок, казалось, когда взглянул на Нефира, почувствовал то же самое. Ему от силы лет пять и настолько хрупкий и невинный, что оружие в руке дрогнуло.

– Неожиданно, – загадочно улыбаясь, промолвил мужчина. – Кто-то поспел раньше нас. Я полагаю, из вас двоих, эмоформ – она?

– А, тоже догадливые. У нас тут место встреч, да? – вставила девочка, откашлявшись.

– Значит, предположения были верны, – незнакомца ее ответ порадовал.

– Кто вы? – спросил Бин. – И, будьте добры, опустите меч.

Мужчина всмотрелся в пистолет.

– Электрошокер, версия четыре два. Заряд не более трех заряженных током пуль, обездвиживает максимум на двадцать минут. Дальность – пять метров. Все модели этого электрошокера разработаны для полиции, очевидно, представитель которой перед нами. На твоем месте я бы не позорился и опустил эту бесполезную игрушку.

– Так это электрошокер? О, знатная бутафория, – девочка наклонила голову, рассматривая огнестрел.

Для случайного прохожего – слишком хорошая осведомленность оружейной науки, для агента – не то сопровождение, для уличного бандита – заметно дорогой костюм, зато для мафиозной шестерки – то, что нужно. Встречал Бин как-то таких, но от этого веяло авторитетом, роскошью и силой. Какая ирония, если незнакомец в действительности окажется членом какого-нибудь преступного синдиката. Ведь надо же было вспомнить в такси о тех страшилках из детства про группировки каннибалов. И клинок у мужчины на зависть многим магам. Не всем везет выковать полноценное оружие, уже не говоря о красоте отдельных элементов клинка. Искусно созданный атрибут защиты, а вместе с тем, атаки, показывает, насколько его владелец силён физически и духовно, насколько велико мастерство владения праной.

– Встань за меня, – парень протянул руку девочке.

Она спросила “Зачем?”, и даже не попыталась сдвинуться.