— Это ты матери своей будешь объяснять. После того, как я ей позвоню, и расскажу обо всем этом безобразии.
— Блин, ну че вы…
— Где, спрашиваю, шлялся так долго?
— Да в читалке я был. К лабе готовился.
— Выходит, ты это после читалки весь такой взъерошенный?
— Просто пешком до общаги шел. Быстрым шагом.
— А утром чего так поздно в институт пошел?
— Проспал. Телефон разрядился, вот будильник и не сработал. А сосед слишком поздно разбудил.
— Складно врешь.
— Ну Инна Леопольдовна!
— Ладно, не буду пока матери звонить.
— Спасибо!
— Стой, я тебя еще не отпускала.
— Да блин!
— Поблинкай мне еще тут… На вот, соседу своему передай, — вахтерша вытащила из-под стола и вложила мне в руку прямоугольную тонкую коробку, размером с журнал, без опознавательных надписей, со всех сторон плотно запечатанную прозрачным скотчем.
Коробка оказалась неожиданно тяжелой, и я едва ее не выронил.
— Осторожней ты, косорукий! — тут же прилетело от Инны Леопольдовны.
— А че это такое?
— Не знаю. Курьер четверть часа назад доставил, для Анатолия Третьякова. В общежитие, разумеется, я его не пустила. Расписалась за соседа твоего в получении, и обещала передать. Собралась уже сама нести, а тут ты вовремя подвернулся.
— Ага, вовремя. Сперва допрос устроили…
— Поворчи мне еще тут!
— Ну я тогда понес.
— И аккуратней на лестнице, — крикнула мне уже в спину вахтерша. — Под ноги смотри.
Когда я пришел, Толяна в комнате не оказалось. Потому я просто положил посылку на его кровать. Сам же, сбросив куртку, вытащил из рюкзака грязные штаны и майку, и направился стираться в хозблок, где, для нужд проживающих в общежитии студентов, было установлено с добрый десяток стиральных автоматов.
Стоила услуга недорого, всего пятьдесят рублей.
Закинув вещи в барабан автомата, я запустил получасовой режим быстрой стирки, и чтобы не гонять туда-сюда, решил пересидеть тридцать минут тут же, благо по центру хозблока, для ожидания, были установлены удобные скамейки. Когда я пришел, здесь уже куковала пара незнакомых студентов, в ожидании окончания бурляще-клокочущего процесса за прозрачной крышкой своего автомата, я тоже сел на скамью и, уткнувшись в айфон, на полчаса выпал из реальности, залипнув в тик-токе.
Вернувшись в комнату с чуть влажноватой, но идеально отстиранной одеждой, я обнаружил соседа сидящим на своей кровати, а в мусорном ведре у входа краем глаза приметил знакомую коробку, со вскрытым боком.
— Чем там в посылке-то было? — спросил с порога.
Но проигнорировав мой вопрос, сосед продолжил сидеть и мрачно пялиться на мой пустую койку напротив.
Повесив чистое белье на пустое плечико в шкафу досушиваться, я обернулся к соседу… Странно, обычно говорливый Толян сегодня словно воды в рот набрал.
— Толь, случилось чего?
Краешек синей подошвы, выпирающий из-под спущенного до полу кроватного покрывала, я заметил слишком поздно — уже приблизившись к молчаливому соседу на достаточную для стремительного броска метровую дистанцию.
Точно такая же синяя подошва была на кроссовках у исподлобья взирающего на меня Толяна.
Попятившись, я крутанул указательным пальцем кольцо против часовой, активируя копье. Но воспользоваться появившимся теневым оружием, увы, уже не успел. Высокоуровневая тварь в личине моего несчастного соседа оказалась куда как проворней.
Мгновенно оказавшийся рядом «Толян» заграбастал меня в медвежьи объятья, глаза ослепила вспышка раскрывшегося за спиной портала, и через секунду мы рухнули в густую розовую траву.
