По моей же спине до сих пор бегали табуны мурашек, мокрые от пота волосы на затылке торчали дыбом, и всюду по телу обильно стекали соленые ручьи остаточного ужаса. Плюс многострадальное нутро распирало так, будто внутри уже детонировала граната, и через миг рванувшие во все стороны осколки должны превратить мою разнесчастную тушку в расплескавшийся по многометровой округе кровавый фарш. К счастью, подсознание в стрессовой ситуации сработало быстрее мысли, и внутренняя бомба оказалась обезврежена банальной материализацией из инвентарного Кармана в руку злосчастного мачете.
— Твою ж мать! — прохрипел я с воистину головокружительным облегчением.
— Командир, ты че? — тут же отреагировал выбирающийся из своего шманка справа Сыч.
— Варламов, ты не заболел? — тут же подскочила ко мне выбравшаяся первой из своей «люльки» Черникина.
— Да все норм, Марин. Просто кошмар приснился, — прокаркал я кое-как, кривя рожу в «искренней» улыбке.
— Какое «норм»! Че я не вижу что ли⁈ Вон, бледный и мокрый весь!.. Да как так-то⁈ У меня, наоборот, во время сна коленка полностью восстановилась.
— Это потому что в шманке, изолированном от притока кислоты, внутренний микроклимат ускорению регенерации способствует. Плюс съеденные каждым перед сном орехи бланга так же этому поспособствовали, — авторитетно заявил присоединившийся к беседе Ччверсс. И в подтверждение своих слов крысюк, отказавшись от помощи Ффаффы, самостоятельно выбрался из своего шманка.
— Фига се! Это че у тебя все переломы за одну ночь срослись⁈ — выразил общее офигевание Мих.
— Как видишь, — кивнул крысюк и, наслаждаясь произведенным эффектом, картинно присел перед нами пару раз.
— А с Олегом тогда почему фигня такая приключилась? — возмутилась Марина.
— Потому что редкостный мазохист ваш командир, — хмыкнул Ччверсс и, обратившись ко мне, с усмешкой добавил: — Сам признаешься, или как?
В чем следует признаваться, меня уже проинформировала система, красноречивый лог которой загорелся перед глазами во время пикировки членов отряда:
— Ччверсс прав, тупанул я походу, — стал каяться я немного восстановившимся, но все равно еще ужасно хриплым, голосом. — Решил перед сном чутка инвентарь свой расширить. Поместил в Карман тяжелое для него мачете, с расчетом через пару минут, как обычно, вынуть. Но в шманке неожиданно быстро меня сморил беспробудный сон, из-за длительной болезненной прокачки инвентаря обернувшийся многочасовым кошмаром…
— Потому что закрывшийся шманок наполнился дурманом из скрытых камер-запасников внутри растения, — пояснил Ччверсс. — И пока листья снова не раскрылись на рассвете, рассеяв на воздухе усыпляющий газ, все мы дрыхли внутри своих шманок мертвым сном.
— Вообще-то, о таком эффекте мог бы и заранее предупредить, — попеняла крысюку Марина, помогая мне выбраться из «пыточной» камеры наружу. — Посмотри, у него до сих пор руки-ноги ходуном ходят. Как такому по джунглям идти?
— Фигня это. Сейчас пройдет, — отмахнулся Ччверсс. — Зато чел, считай, стопро добился своей цели. За одну ночь прокачав инвентарь свой так, как не смог бы и за неделю изнурительного ежедневного тренинга. А повышенная регенерация в шманке помогла его организму выдержать чрезмерные нагрузки.
— Он снова прав, — развел я плохо слушающимися, дрожащими руками под осуждающим марининым взглядом.
— Ладно, хорош лясы точить, пошли уже отсюда, — предложил Ччверсс. — До цитадели путь одолеть нам еще предстоит не близкий.
— А ты знаешь: где она находится? — спросил Мих.
— Я — нет, — пожал плечами крысюк. — А вот Ффаффа имеет об этом четкое представление.
— Это еще почему? — прожгла крысючку недоверчивым взглядом Марина.
— Потому фто функфия имеетфя фпефиальная у меня, — гордо вскинула мохнатую мордочку Ффаффа. — Я ф не фтурмовик обыфьный, как вы вфе, фьелка. А пилот!
Глава 25. Гнездо
— Ну да. Куда гази-чистильщики от командира все толпой ломанулись, оттуда минут через двадцать примерно очереди и загрохотали, — на ходу объяснял крысюкам Мих.
— Сперва автоматные, а чуть позже и пулеметные, — дополнил слова друга шагающий за ним Сыч.
