К счастью, в отличии от меня, спятивший гэручи Мимикрию от системы не заполучил, и в окружающем мраке оставался таким же слепым котенком, как остальные пленники. Потому его первый же отчаянный прыжок закончился жесточайшим столкновением с ближайшей стеной. После которого крысюк со свернутой на бок челюстью таки-повалился обратно на пол. Но начавшее безумие с отключкой спятившего гэручи вовсе не закончилось. Неприметный поначалу живот крысюка вдруг за считанные мгновенья безобразно вздулся и буквально заходил ходуном.
Однажды я уже имел несчастье наблюдать подобные неестественные «роды», потому заблаговременно развернул все щупальца Желтого грауса в сторону рвущихся на волю паразитов.
Сквозь огромные, прогрызенные изнутри раны, наружу одновременно стало прорываться аж семеро окровавленных бронированных тушек «новорожденных» рейзеров. И даже изготовившихся к перехвату двенадцати стремительных щупальцев Желтого грауса оказалось недостаточно для мгновенной нейтрализации всей этой юркой семерки. Вернее оказалось недостаточно бы, если б не…
Глава 3. Нужно быстро что-то сожрать!
Лишь три из двенадцати метнувшихся наперехват щупальцев, пробив хитиновые панцири рейзеров, пригвоздили гигантских блох к стене. Еще два щупальца, чиркнув по хитиновой броне двух рейзеров, сбили последних с прицельного прыжка. И пара самых шустрых блох, благополучно разминувшись с «частоколом» моей защиты, атаковала ближайшую потенциальную жертву — то бишь меня.
Для упакованного в стандартный МБПП жала утыканные мелкими острыми шипами пасти этих зубастиков, размером с двухнедельного котенка, были так же опасны, как слону дробина. Однако сейчас для жадных до крови малявок мое почти неприкрытое даже обычной одеждой, все в ссадинах и порезах, тело являлось легко доступным деликатесом. А из-за крайне паршивого физического состояния я не то что увернуться от налетающих синхронно рейзеров, даже отшатнуться назад не успевал.
Но очень вовремя активировавшаяся Тянучка мгновенно кардинальным образом изменила расклад сил. Окружающее пространство вдруг превратилось в тягучий кисель, где почти дотянувшиеся до меня своими оскаленными пастями рейзеры вдруг словно на миг застыли, как мухи в янтаре, и продолжили свой полет, словно при десятикратно замедлившейся съемке. На самом деле, разумеется, время замедлило свой бег лишь для меня, оказавшегося, благодаря активации пассивной функции Тянучка, вдруг в десять раз быстрее себя прежнего. И с явным запозданием начавшееся неуклюжее движение назад продолжилось, не встретив сопротивления уплотнившегося для противника «воздушного киселя», легко и без потери скорости. Потому, вопреки всем законам логики, черепахе таки-удалось оторваться от быстроногих преследователей.
Меж тем промахнувшиеся с первого удара щупальца, реагируя на смертельную угрозу носителю, развернувшись, дружно рванули вдогонку за парой прошмыгнувших мимо них зубастиков. И, получив от Тянучки такое же десятикратное ускорение, как и тело носителя, запросто настигли рейзеров и буквально разорвали их хитиновые тушки в клочья в полуметре от моей груди.
Прикончив пару самых опасных зубастиков, щупальца вернулись к сбитым на пол недобиткам. И, пользуясь продолжающимся очевидным преимуществом в ускорении, так же легко переловили и разорвали в клочья всех оставшихся рейзеров.
Под Тянучкой для полного уничтожения семерки гигантских блох щупальцам с лихвой хватило первой секунды ускорения. И вторую десятикратно растянутую бонусную секунду я целиком потратил на поиски спасения из сложившегося для меня крайне стремного положения.
Опасаться было чего. Ведь, почти сразу же по окончании ускорения Тянучки прекратит свое действие и уйдет в многочасовой откат так же и Желтый граус. С исчезновением же костылей-щупальцев, учитывая зловещий багрянец накрывший просевшую почти до сотни шкалу здоровья, я просто рухну на пол и, не в силах шевельнуть ни рукой, ни ногой, стану тупо подыхать. А ждать смерти, судя по стартующему еще через примерно полминуты многоступенчатому и крайне болезненному откату деактивирующийся Мимикрии, придется мне совсем не долго. Минуту. Ну, может, две — от силы. Дальше начнется агония, переходящая в крайне болезненную смерть.
