Талик время от времени поглядывал через распахнутое окно во двор на играющую с хоббитами Силь. Кавайная учила двоеросликов игре в ладушки. Ну и ладно. Чем бы не тешилась, лишь бы остроухому на шею не вешилась. Ненормальная любовь аборигена и попаданки действовала Талику на нервы. Ещё больше на нервы действовала Гелла. Вот уж кто-кто, а эта демоническая девица не собиралась заниматься ерундой типа ладушек и упускать из виду обладателя солидного состояния и будущего землевладельца.
Демонесса предпочитала постоянный телесный контакт. Сколько бы Талик не убирал колено и сколько бы Витольд не пытался засунуть хвост в карман, внутрь штанов или подсунуть его под себя, нахалка с крашенными рогами добиралась либо до хвоста, либо до коленки. Ощущение "держат и не пускают" неимоверно раздражало. И как Азазель терпел такую липучую особу? Сажать себе на шею Геллу, или как там её зовут на самом деле, Талик не собирался.
- Горгуль! - Воззвал писатель к герою-любовнику. - Включай свой метаболизм обратно, а то я её сейчас шарахну не хуже, чем Потапченко мэра.
Бутончик немедленно присоединился:
- Да! Нам место для замка выбирать, а тут всякие посторонние личности будут под ногами путаться.
- Пф! - Горгуль был полон презрения к идее обратного метаболизма. - Фарш невозможно провернуть назад, - пафосно изрёк соблазнитель. - Я своё дело сделал, а как теперь от неё избавляться, решайте сами. Например, Витас может свой собственный метаболизм включить на полную катушку. Пусть смердит псиной и ловит блох. Бутончик вполне способен противно попищать, а Витольд - сказать какую-нибудь гадость. Вдруг, ей станет противно? Я за вас ещё и думать должен?
Талик покосился на татушку-Тайсона. Не-а. Рого-крашеной и демонически-гламурной Гелле противно станет, только если платёжный Тузик побледнеет как моль.
- Идея здравая. - Бормотун зашевелил ирокезом. - Но с воплощением будут сложности. Нужна помощь аборигенов.
- Аборигены ерундой занимаются, - грустно констатировал Талик. - Делать им нечего. Понятно же, что ничего из Потапченко не выдавишь. Он и сам не знает каким-таким образом крутого демона прожёг. Надоело уже сидеть.
- Сколько времени потеряли, - грустно пискнул Бутончик.
- А давайте, Силь попросим помочь. А она пусть - своего остроухого потеребит, - оживился Витас.
- Попросишь тут, - рыкнул Витольд. - Блоха рогатая опять мой хвост захомутала. У-у-у, дура крашеная!
- М-да, - Бормотун ударился в философию. - Хорошо, когда девушки сами на шею вешаются. Но, кто же знал, что они как повесятся, так там и висят!? А у нас нет никакого опыта по культурному... отшиванию.
- Это всё писатель виноват, - неожиданно рявкнул демон. - Талик, слабо послать её прямым текстом?
Талик и удивился, и разозлился. Ничего себе? Какой-то там отросток личности, плод его фантазии, будет ему же ещё и претензии предъявлять!?
- Сам её посылай! - Рявкнул он в ответ не менее злобно.
- Не могу, - притворно-плаксиво издевался Витольд, - мне твоё интеллигентное воспитание мешает. Оно мне уже поперек горла! - Бросил прикидываться и зарычал коварный.
- А кому оно не поперек?! - Вдруг пропищал Бутончик. - Думаешь мне не поперек? Такую идею тайного обогащения похоронил, писатель! Прокололся как последний лопух со своим сочинительством! Бумагу ему подайте, творить ему хочется! Надо было молчать и не сдаваться! - Совсем не притворно причитал вампир.
- Трррряпка! - Вставил своё веское мнение оборотень. - Вон, Потапченко, посмотрите как в несознанку ушёл. Остроухий уже вспотел, а клопомор всё не колется.
- М-да.... - добил Талика маг. - Правы аборигены. От писателей - одни проблемы.
Писатель Золотов даже не успел как следует возмутиться бунтом вторичных сущностей, потому что примерно то же самое вслух высказал Баська. Как будто их мысли подслушал:
- Эта... шиншилла фем... ширшила фар... Искать надо. Писателя.
- Шерше ля фам, - поправил подчинённого конвоир. - Какого писателя, Басир? Женщину?
- Женщину? - Баська сонно похлопал глазами. - Почему женщину? Не-а, того, который Потапченко ещё до реализации ... этого самого... того... я сейчас...
Гномыш опять уткнулся в планшетку и довольно шустро зашевелили пальцами. Эльф, что удивительно, терпеливо сидел и ждал, вместо того, чтобы послать Баську вместе с его идеями во двор хоббитов развлекать. Маг-клопомор, замученный допросом, тоже ждал, заинтригованный поведением гнома. Баська сопел от усердия и временами бормотал себе под нос:
- Было же оно. Сейчас-сейчас. О! - Радостно возвестил потомок тружеников забоя. - Нашёл. Жуть, сударь. Сначала эта... вопрос. А Азазель на таракана похож? - Обратился гномыш к клопомору.
От такого вопроса даже бунтующие сущности Талика вздрогнули синхронно с писательской. Как демон может быть похож на таракана? Совсем что ли Баська ума лишился?
А Потапченко горестно вздохнул и потряс Талика новой информацией.
- Усы у него. Рыжие.
Витольд пискнул на манер Бутончика:
- Не может быть!
- Усатый демон... Это новое слово в демонологии. - Бормотун был в шоке.
- Рыжий. Ха! - Витас почему-то счёл ситуацию забавной.
