Пятница, мой последний день на бирже. Провел я его, наблюдая вместе с Эдом за рынками, проверяя и перепроверяя уже заключенные сделки и обдумывая новые. Надо постараться, чтобы каждая моя сделка смогла в долгосрочной перспективе пережить грядущие потрясения на рынке, которые, как я уверен, были не за горами.
Я воспользовался «Бондскейпом», чтобы познакомиться с общей картиной на рынке облигаций после случившейся три недели назад катастрофы. Возможность воочию видеть его движение, надо признаться, просто ошеломляет. Сильное впечатление на меня произвело постепенное возвращение некоторых особенно резко реагировавших на заявление Гринспэна сегментов рынка к их прежним позициям. Например, здание «Рено», привлекшее в свое время мое внимание, вновь съежилось до своей первоначальной высоты. К слову сказать, для нашей фирмы это означало прибыль в размере одного миллиона долларов. Такими деньгами рисковать нельзя, и я приобретенные ранее облигации «Рено» продал. Мы, таким образом, вернули более половины тех 2,4 миллиона, которые потеряли в тот злосчастный день. Боб Форрестер к «Бондскейпу» по-прежнему относился с известной долей скептицизма, хотя и должен был признать, что до сих пор прибор работал превосходно.
Грега известие о зигзаге в моей карьере взволновало и удивило, однако он искренне пожелал мне успехов на временном поприще. А также обещал в мое отсутствие присматривать за Эдом.
Я неспешно прошел к титану, налил себе стакан воды. Карен говорила по телефону. Перехватив мой взгляд, беззвучно пошевелила губами. «Удачи», – перевел я. В последний раз медленно осмотрел весь операционный зал и поспешил домой, чтобы собрать вещи и успеть на последний рейс в Эдинбург.
Итак, я вступаю в должность управляющего директора высокотехнологичной компании.
Какого же это черта я вытворяю, а?
Сказать, что, останавливая «БМВ» перед заводом, я нервничал, – значит не сказать ничего. Первый день на работе, о которой я не имел ни малейшего представления. Дрожал от страха, но в то же время был в себе почему-то абсолютно уверен. Мне не терпелось разобраться, как работает «Фэрсистемс», чтобы заставить ее работать лучше.
Заседание совета директоров было назначено на девять. Проходило оно в уже знакомом мне конференц-зале. В совет входили Рейчел, Дэвид, Уилли, а также Соренсон и Найджел Янг, занимавшие в нем посты без определенных обязанностей. Янга можно назвать национальным героем Шотландии – директор знаменитого эдинбургского коммерческого банка «Мьюир кэмпион», он к тому же входил в правления еще полудюжины других шотландских компаний. Высокий, изысканные манеры, хорошо поставленный звучный голос, в академически правильной речи проскальзывает едва уловимый шотландский акцент. Ричард рассказывал мне, что в высоких технологиях Янг ничего не смыслит и вникать в них ни малейшего желания не испытывает, так что во всем полагается исключительно на Соренсона.
Атмосфера в конференц-зале царила строго официальная. Все были в пиджачных костюмах, кроме, естественно, Рейчел, одетой в черную шерстяную блузу, спадавшую свободными складками на черные же легинсы. Соренсон объявил заседание открытым и тут же взял инициативу в свои руки.
– Это первое наше заседание после гибели Ричарда, – скорбным голосом начал он. – Его смерть стала тяжелым ударом для каждого сотрудника нашей компании, не говоря уже о сидящих за этим столом. Не хочу воздавать его памяти формальные почести. Мы все хорошо его знали, и у меня нет слов, чтобы выразить наше горе. Однако жизнь продолжается, и мы должны смотреть в будущее. У Ричарда была мечта, осуществить которую выпало нам. Впереди нас ждет несколько трудных месяцев, но если мы будем держаться вместе и действовать заодно, то сумеем воплотить его мечту в жизнь.
Соренсон мастерски выдержал паузу, чтобы дать нам возможность проникнуться смыслом его слов, встреченных всеобщим молчанием.
– Теперь по повестке дня.
Он стремительно расправился с протокольными вопросами и парой сугубо формальных резолюций.
– Ладно, перейдем к делу. Как у нас с выпуском продукции, Рейчел?
– Прекрасно. Осуществление основных проектов идет по графику, а то и с опережением. Новые виртуальные очки успешно опробованы нашими клиентами. Есть одна-две проблемы, но их легко уладить. Наш новый симулятор «Фэрсим-1» будет готов к отправке пользователям в июле. По-прежнему многообещающе выглядит «Фэррендер», наша графическая система. В программном обеспечении для нее, правда, обнаружилась пара ошибок, но устранить их не составит никакого труда.
Я обратил внимание, что она ни словом не упомянула о загадочном проекте «Платформа».
– Очень хорошо, – похвалил ее Соренсон. – Значит, после смерти Ричарда ваши ребята не сбавляют темпов.
– Я бы сказала, что они работают еще больше и старательнее, – с вызовом поправила его Рейчел.
– Что у тебя, Дэвид?
– Названивают клиенты, беспокоятся, что теперь с нами будет без Ричарда. Однако ни один от наших услуг не отказывается. Я заверяю их, что мы и без Ричарда будем поставлять неизменно качественный товар.
