– Да во дворе на лавочке сидит. Сказал, что не уйдёт, будет ждать. Я уже тебя в «Точку» искать отправился, достал он меня. Пойдём уже.
– Идём, идём. Да я и так домой шёл. Зря ты меня пугал.
– И не пугал совсем. В кусты отошёл ненадолго. Глянул, а тут и ты идёшь!
Селин вдруг решил уточнить:
– Слушай, Глист, а имя-то у тебя какое? А то как-то неудобно тебя Глистом называть. И откуда такое прозвище?
Шагая рядом, парень еле заметно развёл руками:
– Зовут Лёха. А прозвали давным-давно. Ещё в первом классе. У меня фотодерматоз, мне на солнце нельзя раздетым быть. Короче, был в школе медосмотр, я разделся, а кожа цветом почти как молоко. Да ещё и худой. Пацаны как увидели, загалдели: «Гляньте, человек-глист!» Ну, сразу и приклеилось. Так до сих пор и обзывают. Но я привык, не обижаюсь, – Тут он протянул руку вперёд, показывая на сутулую фигуру, – Вон, видите – сидит, курит? Это как раз он ждёт, – определил Лёха-Глист, они как раз заходили внутрь квартала, где жил Филипп.
Пришедший заметил Глиста с Филиппом издалека – ожидая, постоянно крутил головой из стороны в сторону. Приблизившись, Селин сразу заметил, что таинственный «спец-оперативник», как он сам назвал себя при первой встрече, сильно чем-то напуган – часто оглядывается, но не смотрит в их сторону. Когда подошли, он сразу сунул руку во внутрь куртки, и Филипп тут же отшагнул назад, выставив вперёд открытую ладонь:
– Эй дядя, ну-ка давай потише, резких движений не делай, на улице и без тебя страшно, ночь на дворе. С чем пожаловал, что хотел?
Человек медленно вытащил руку из-за пазухи, и протянул ему пластиковую папку:
– Возьми. Это тебе.
Не сделав ни одного движения, Филипп задал вопрос:
– А что это?
– Недостающий лист. К тем, что вчера тебе передал.
– Откуда он у тебя?
Человек медленно застегнул замок на куртке, и вполголоса ещё раз настоятельно попросил:
– Возьми, прошу тебя. Денег не нужно. Меня попросили тебе отдать, в руки. Вот возьми.
Филипп покачал головой:
– У меня все листы на месте, больше не нужны.
Стоявший рядом Лёха-Глист испуганно переводил взгляд с Филиппа на незнакомца, и обратно. Ситуация становилась напряжённой. «Оперативник» уже умоляющим голосом прохрипел:
– Прошу тебя, возьми. Я устал от этих чертей. Сказали: «С бумагой не возвращайся, ноги отгрызём. Отдай как хочешь». Забери, от них не отвяжешься. Они всё видят. Не могу выбросить. Забери.
Селин с улыбкой переспросил:
– А про кого ты говоришь? Что за черти?
Вдруг человек рухнул перед ним на колени, и уже выкрикивая надрывным голосом, буквально запричитал:
– Пожалуйста, возьми из моих рук! Пожалей меня! Они мне мозг выедают каждый день. А могут и целиком сожрать! Забери, или мне придётся умереть!
Опешивший от этой неожиданной эскапады Филипп, протянул наконец руку, и взял у него папку:
– Ладно, ладно – беру. Ты так не расстраивайся, это всего лишь папка. Поднимись, не стой так.
Не поднимаясь с колен, и не произнеся ни одного слова, незнакомец упёрся руками в землю, и побежал не поднимаясь, как собака – на четвереньках, в сторону проёма между домами. Филипп и его приятель ошеломлённо наблюдали за ним. Через несколько метров спец-оперативник поднялся, и уже на двух ногах быстро рванул из квартала.
– Как он резко дёрнул! – заметил Глист, и повернулся к Селину, – Ну, что там в конверте? Чего он перепугался?
– Сейчас посмотрим, раз забрал, – ответил Филипп, и вытащил из папки потемневший лист бумаги. Повернувшись спиной к фонарю, который освещал ночной двор возле его дома, и начал читать. Лёха-Глист, вытянув шею, выглядывал из-за его плеча, тоже пытаясь рассмотреть рукопись:
«Путь начертанъ в?рный. Идти нужно одному. Мнаго дороги чер?зъ л?съ. Поклажи брать н?льзя. Тропа откроется только тому воину, у котораго есть сильное ж?ланiя познать с?бя. Путь въ Загорье н?простъ. М?сто стоитъ не въ этомъ мир?. Марана по утру ж?лаетъ скараулить и сгубить Яра, а мощь аго в?лика по сiю пору. От яго ужаса Мара отступаетъ. Знакъ ея – Аспидныя М?сяца, чер?па м?ртв?цовъ и с?рпъ. Царство Марана за Р?кой Смородиной, гд? есть Явь и Навь. И вся Волшеба. Гр?налинъ есть Калиновъ мостъ, и хранiтъ аго Зм?й. Мара в?с?ла от Ард?воса-водъ м?ртвой. Хочешь см?рти – найдёшь. Зд?сь напрямую дороги н?тъ совс?мъ. Должно найти поляну син?й Гр?налинъ. Б?зъ досадки зр?ятъ только одинъ разъ на Спожiнки. Въ другiя днi пути н?тъ. Дорогу укаж?тъ проводнiкъ. Его видно от св?та М?сяца. Трактъ ид?тъ мимо л?са. Пов?рнуться спиной. Шагать прямо. Проводнiкъ укаж?тъ поляну. Наш?дши ночную посадку, сл?дуетъ успокоиться, унять духъ. Брать ночью, усп?ть до рассв?та. Съ?дать одну горсть. Тогда расступится л?съ и просiяютъ указки. По нiмъ шагать до ворот».
Дочитав, Филипп покачал головой:
– Фигня какая-то. Просто ересь. На, посмотри!
Лёха взял у него лист, нахмурил брови, и принялся шевелить губами:
– Один иди через лес. А это что – «без поклажи»? Голым, что-ли? А «не в этом мире» уже чересчур! Филипп, это что – колдовские заговоры? Или нариковы глюки?
Селин кивнул:
