– Маша, ты же понимаешь, что так можно доубираться «внешних гендерных признаков», и останется наша красавица такими темпами без мужа.
– Да, я ей тоже это объяснила, на что Алиса мне вполне резонно напомнила, что ей всего пятнадцать, что пока для нее главное – спокойно доучиться и поступить, а не участвовать в любовных разборках.
– Могла бы просто их послать куда подальше и все, – уже спокойней возразил отец.
– Да, могла. Но сказала, что в определенном возрасте мужчины не понимают слово «нет», а так это выглядело как их собственное решение. И еще добавила, что так даже лучше, потому что сразу понятно, что им была интересна лишь «картинка». А она хоть с волосами, хоть без, хоть в юбке, хоть в брюках – все та же Алиса.
– Надеюсь, что та же.
Про то, что стрижка была еще и сознательным желанием нарушить прямой запрет отца, женщина старалась не думать.
Пренебрежение здравым смыслом – верный путь к счастью.
Весна пролетела со скоростью нагоняющего график поезда. Май только начался, и вот уже конец учебного года. Тем не менее успело столько всего случиться, что я удивляюсь, как дней в неделе хватило, а часов в сутках. Одно действие порождало другое, цепляло третье, давало наметки на четвертое, а к началу пятого приносило результат.
Я подала в газету объявление о пряже собачьей шерсти. Понимала, что не сезон, но лучше пусть заранее висит, что б потенциальные заказчики начали обдумывать такую возможность, чесать собак, и к осени созрели на заказы. Удивительно, но первые звонки пошли уже через неделю. Это были те собаководы, кому жалко было выбрасывать шерсть, но применить ее никуда не могли. Одной из таких звонивших была хозяйка самоеда. Не знаю, кто больше обрадовался я или она. У женщины был пакет чистой длинной белой шерсти грамм на шестьсот. Договорились встретится. Пока она ехала, я думала по цене. Сориентироваться было не просто. В итоге, для начала решила посчитать так: родители на карманные расходы давали по пятьдесят рублей в день, это двести пятьдесят рублей в неделю, можно округлить до трехсот, вроде нормально за сто грамм ниток. Дороже, чем в магазине, но там нет собачьей шерсти, да и ручная работа как ни как. Опять же ровно в два раза ниже ценник, чем в двадцать третьем году, что с учетом инфляции вполне нормально. Но значит мне надо спрядать по сто грамм шерсти за неделю. Соответственно нитка не должна быть очень тонкая. Примерилась на магазинных образцах, выбрала три варианта подходящих мне по толщине. Когда приехала заказчица, я ей предложила сначала самую тонкую из выбранных ниток, за четыреста рублей – сто грамм, каждая последующая была потолще, и подешевле на пятьдесят рублей. Договорились на самой толстой за триста рублей. Отлично, именно ее я и выбрала себе как приемлемый образец. Взвесили шерсть безменом. Действительно показало больше полу килограмма. Точнее они не выдавали. Договорились о том, что нитки я ей буду отдавать частями по сто – двести грамм партия. А передо мной остро встал вопрос точных весов. Так как терять деньги из-за неточности измерительных приборов не хотела.
Замочила пробную партию шерсти. Вода не грязная, это хорошо, значит собаку мыли перед вычесыванием. Можно прясть так. А потом после уже постирать нитки и сделать им влаготепловую обработку. Нужно включить в цену следующего заказа стоимость шампуня и кондиционера. Это расходный материал, и чем грязнее шерсть, тем больше расход моющего средства. Еще надо щетки купить для прочесывания шерсти. Пока самые обычные из зоомагазина. Это мне с козьей шерстью повезло, которую я у таджички купила, и просто спряла, тоненько, хоть вышивай такой. Ссучила с катушечным шелком из бабушкиных запасов. Лежит теперь ждет своего часа. Думаю, надо пару шалей паутинок связать за лето. Но те алюминиевые спицы, что есть у мамы мне не подходят, они пачкать будут белую шерсть, потом не отстираешь.
Видимо трат пока намечается больше, чем дохода. Что бы все это отслеживать я завела тетрадь и все туда обстоятельно записывала. Хорошо, что начальный капитал с проданной косы у меня был, но он быстро иссякал, и поэтому расходовать надо с умом, и уже поскорее начать зарабатывать. Просить у родителей деньги у меня язык не поворачивался, а сами они как-то технично об этой необходимости забыли. Причины, я, конечно, понимала, но предпринимать по этому поводу более ничего не собиралась. Маме я рассказала о мотивах своих поступков. Вины за собой не ощущала. Вопрос считала исчерпанным. Взрослые люди, должны были понять. Еще раз объясняться, а тем более просить я не буду.
