Колпак кивнул.
Она вышла через первую стражницкую, сбежала по лестнице, убила четверых, поднимавшихся навстречу, и при этом даже не замедлилась. Хотя она никогда не бывала внутри этих башен, за свои посещения кастили Блажка очень хорошо познакомилась с тоннелем, проложенным под сторожкой. В его потолке находилась огромная дыра для трупов. Пронесшись через внутреннее пространство барбакана, она обнаружила помещение, в котором располагался люк. Мането, должно быть, не подозревал, что копыто сможет проникнуть в ворота, потому что не оставил здесь стражи. Блажка распахнула люк и спрыгнула в проем. Она пролетела три своих роста, но с частичкой Краха, что пребывала в ее венах, приземлилась она без всякого вреда. Темный тоннель был ограничен воротами с обеих сторон. Блажка устремилась к наружным дверям, сбросила с них балку и широко распахнула.
– Реальные ублюдки!
Инкус на Чумном вошла в тоннель первой. Перед ней в седле был Облезлый Змей – из его руки торчала стрела. Потом въехал Хорек, за ним Баламут – оба были невредимы. Щелкочес со свином Колпака следовали за остальными варварами, и сзади их подгонял Овес на Уродище. Шакал ехал последним.
– В тебе перьев больше, чем у гуся, Шак! – подколол его Хорек.
– В следующий раз сам будешь стоять смирно и изображать мишень, – ответил Шакал. Затем стиснул зубы и, закряхтев, вынул первую из семи стрел, что торчали из его тела.
Блажка указала им наверх.
– Прикройте вон там. Стреляйте в любого, кто оттуда выглянет. Они сейчас постараются закидать нас камнями, пока мы здесь.
Блажка отошла к стене тоннеля, у которой Инкус усадила Облезлого Змея. Прямо над правым бедром у него торчала стрела, и еще одна пронзала насквозь покрытую шрамами руку.
– Не повезло ни разу, вождь, – пробормотал он, когда она встала перед ним на колени.
Она погладила его по лицу.
– Живой вроде?
– И готов поубивать этих хиляков. Как они моего свина.
Их внимание привлекли щелканья тренчал: Баламут, Овес и Хорек принялись стрелять в дыру для трупов.
Хорек, выпуская стрелы, кричал им вслед:
– Мы за вами идем, хиляки. Слышите? МЫ ИДЕМ, НАХРЕН!
Блажка подошла к Инкус и указала на Змея.
– Я хочу, чтобы ты осталась с ним. Не знаю, будет ли еще безопасное место, когда мы пройдем за эти ворота, но если найдешь такое, идите туда. Он – твои уши. Ты – его ноги.
– Да, вождь.
Шакал отломил наконечник стрелы, застрявшей в его предплечье, и вытянул древко.
– Во дворе кастили хватит места как минимум на три десятка кавалеро, которые будут сидеть на конях, готовые пойти в атаку, как только мы прорвемся через ворота.
Не предупреждение, не выражение сомнения. Он просто прикидывал, скольких каждому придется убить.
– Хиляки на лошатах. – Хорек показал оскал.
– А как мы прорвемся? – спросил Баламут, глядя на огромные двери.
– Уверен, с этим вождь разберется, – заметил Овес.
Он дал копыту знак выстроить варваров вдоль стен тоннеля.
Блажка повернулась, чтобы посмотреть на Ублюдков.
– Единственный способ пройти вперед – это пробить себе путь, – сказала она. – Единственный способ выжить – это убивать. Живи в седле.
– УМРИ НА СВИНЕ!
Блажка устремилась к дверям и толкнула плечом в щель между ними. Окованная железом деревянная дверь прогнулась, балка снаружи треснула. Надавив обеими руками, Блажка широко распахнула ворота, и копыто ринулось в них двумя колоннами, по обе стороны от нее. Блажка запрыгнула в седло, когда Щелкочес несся вместе со всеми.
Никакого строя кавалеро перед ними не оказалось. Люди и лошади бегали по двору в панике. Воздух заволакивал дым, и плотнее всего он был за крышей казармы. Это могло значить только, что…
– Конюшни горят! – крикнул Баламут.
Блажка улыбнулась. Ее соплякам и Троевольным удалось куда больше, чем она ожидала. Им приказали нанести как можно больший урон, заставить гарнизон рассеяться. Но она и подумать не могла, что они попытаются проникнуть так глубоко к центру кастили.
Но ее радость исчезла, когда она увидела ужас на лице Овса.
– Муро…
Он толкнул Уродище, и поскакал галопом.
Ублюдки помчались через двор вслед за ним. Группа тяжеловооруженных кавалеро попыталась противостоять им, выставив алебарды, но залп стрел свалил передний ряд, заставив остальных бежать от наступающих свинов. Овес с Уродищем повалили большинство, копыто позаботилось об остальных.
Несколько опаленных лошадей пронзительно заржали, проскакав мимо. Затянутое тучами небо сливалось с дымом, превращая окружающий двор в котлован мрака. Достигнув конюшен, они обнаружили конюхов и безоружных кавалеро, которые бегали с ведрами воды. Завидев Овса, яростно выкрикивавшего имя Муро, все побросали ведра и устремились к строениям, что теснились глубже во дворе.
Спрыгнув с Уродища, охваченный паникой трикрат ринулся в набирающее силу пламя.
– Овес! Чтоб тебя! – крикнула Блажка.
Окрик его не остановил. Ничто бы не остановило.
Шакал хотел было спешиться, но во дворе раздался рев – со стороны строя вооруженных кавалеро, которые подходили, выставив копья из-за стены щитов.
– Нужно идти бивневой атакой! – воскликнул Хорек.
