Проскочив под брюхом громадной рептилии, мы побежали к выходу из пещеры. Ноги спотыкались о камни, с трудом удавалось сохранить равновесие. Мы бежали вниз по склону и уже было не разобрать, кто кого тащит. Я отпустила руку только, когда мы оказались в подлеске.
Я согнулась пополам от режущей боли между рёбрами. Майка пропиталась потом и прилипла к спине. Волосы растрепались и противно щекотали лицо и шею. Я взглянула на исцарапанные ноги. Нервы были натянуты до предела, казалось вот-вот и они лопнут, словно гитарные струны. Трясущимися руками я вытащила сигарету и прикурила. Табак казался безвкусным, как водяной пар. Я покрутила фильтр между пальцами и сделала глубокую затяжку.
— На твоём месте я бы газ в зажигалке не тратил. Кто знает, как долго нам придётся отсюда выбираться. И вообще курить вредно.
— Вредно не иметь мозгов, — огрызнулась я.
Гнев поднимался, делая меня похожей на закипающий чайник. Было желание разораться выпью, сотрясая воздух децибелами.
— Кстати, откуда ты знаешь, что я могу колдовать? Я ведь не говорил.
Я швырнула бычок, с остервенением втоптала его в траву и повернулась к Богдану.
— Я всё о тебе знаю! Ты всего лишь второстепенный персонаж не самого удачного романа, который я написала.
— Что за бред?
— Ты дружишь с демоном и оборотнем, которые вечно вытаскивают тебя из разных передряг. К последнему ушла твоя девушка, и я её понимаю. Ты же ходячая проблема. Твой наставник открестился от тебя, потому что ты не в состоянии соблюдать элементарных правил. Но всем говоришь, что это ты отказался от его помощи. Ты мнишь себя крутым ведьмаком, который всего добился сам, а по факту ты выскочка.
— Это какой-то трюк? Ты ведьма!
— Я писатель. И я написала тебя таким, чтобы создать препятствия главному герою.
— Я реальный!
— Ты не реальный! Я тебя выдумала. Живи теперь с этим.
Я рванула вглубь леса, сшибая высокую траву. За спиной послышался глухой стук, за ним ещё один и ещё один, но оборачивать я не стала.
Мы вышли к ручью, когда совсем стемнело. Я привалилась к дереву, сползла по стволу и вытянула ноги. Каждая клетка тела ныла и болела, мозг до сих пор отказывался соображать после пережитого потрясения. Глядя, как Богдан возится с костром, меня душили угрызения совести. Может не стоило вот так вываливать на него правду?
Он принёс мне воды, свернув в трубочку огромный лист, и пригоршню ягод. Потом он присел рядом на корточки и принялся обкладывать мои саднящие икры конским щавелем. В красных всполохах огня я заметила, что костяшки у него содраны. До меня вдруг дошло, что за звуки я слышала.
— Может я тоже не настоящая, а плод чьей-то богатой фантазии?
— Вер, перестань. Мы выберемся, и я докажу насколько реален.
Самообладание пошатнулось и рухнуло, как наспех собранный шалаш. Я разрыдалась в голос. Богдан обнял меня за плечи и зашептал на ухо утешения, поглаживая по спине.
Когда мне удалось успокоиться, на ум пришёл вопрос: где мы будем спать.
— Может ты соберёшь место для ночлега?
— Я тебе в служки не нанимался, — беззлобно буркнул Богдан.
— Вообще-то, тебя приставили мне помогать.
— Не понял?
Я прикусила губу поняв, что сболтнула лишнего, но включать заднюю было поздно.
— Когда я встретила старикашку с книгой, который перенёс меня сюда, он представился музом.
— Кем?
— Ну есть муза, а он муз. Обещал помочь мне справиться с творческим кризисом и подарить незабываемые впечатления. Только что делать не объяснил. Сказал, что пришлёт в помощь героя из любой моей книги. Потом исчез, и появился ты.
— То есть ты правда про меня написала книгу?
— Ты в ней фигурировал.
— Второстепенный персонаж я помню.
Я не хотела продолжать этот разговор и прикинулась дурочкой.
— Давай укладываться, нам ещё завтра идти незнамо куда и искать незнамо что.
— Хорошо.
Богдан вздохнул и пошёл "валить лес". Я принялась обламывать ближайшие кусты, радуясь, что он меня не придушил за то, что по моей прихоти его выдернули из привычного мира.
Мы собрали ветки, свалили в общую кучу и теперь, стояли и смотрели на результат проделанной работы. Я неловко уселась на лежанку, примяв к земле. Жёстко и некомфортно. Для меня поход со спальником и палаткой — запредельный экстрим, а тут придётся ночевать на голой траве под звёздами. А если кто-то заползёт? Я стянула резинку и распределила волосы прикрыв ушные раковины. Так себе защита от насекомых, но всё же спокойней. Если Богдана и смущало такое положение дел, он не подал вида: устроился с противоположного края и растянулся в полный рост. Я улеглась рядом вытянув ноги. В поясницу тут же впился острый сучок. Я поерзала, принимая удобное положение.
— Чувствую себя принцессой на горошине.
— На ведре гороха, — усмехнулся Богдан, чем вызвал улыбку.
Ни слова ни говоря, он подтянул меня к себе, так что я оказалась практически на нём.
— Так гораздо лучше.
— И теплее.
Мне подумалось, что под аккомпанемент комариного писка вряд ли засну, но усталость была настолько сильной, что сама не заметила, как вырубилась.
Глава 2.
