Борм привычно использует навык, застывает с щитом над головой. А шаман останавливает удар на полпути! Он понял фишку навыка Борма! Резкая смена направления, размах. Рыцарь ничего не успевает сделать, могучий удар наотмашь отшвыривает щит в сторону. Борм открыт, потерял равновесие.
– Гра! – кратко рыкает шаман.
Следующий удар прямо в грудь Борму, рыцаря выдергивает из трясины, он катится по болоту к нам. Нагрудник смят, болтается на одном ремне, меч где-то в болоте.
– Борм!
Подскакиваем к нему. Рыцарь валяется лицом в воде, красит ее кровью. Шаман рычит недовольно, к нам качнулась толпа дикарей.
– Помоги ему, – Димид крепче сжимает топор целой рукой, выходит к шаману, – Я следующий! Давай!
Дикари отвлекаются на новую схватку. Переворачиваю Борма на спину, тащу к нашей горке. Он без сознания. Мерцанием жизни стараюсь остановить кровотечение. Тут даже не понять, откуда кровь бежит! Борм весь в тине и травинках, грязный, доспехи покорежены. Нагрудник отвалился, оставив на рыцаре кожаную крутку.
Димид не дает шаману подготовится. Нападает первым. Он использует иную тактику, отличную от Борма. Постоянно крутится в ногах, не дает размаху для удара. Топорик опускается под колено шамана, подрубает ногу. Шаман рухнул на колено поваленным деревом, но Димид не успевает порадоваться. Неожиданный удар кулаком по голове бросает его лицом в болото. Брызнула вода от падения, Димид валяется в ногах толпы дикарей.
Димид поднимается на четвереньки, трясет головой. Аура усиления пропадает, исчезает с тела шамана. Тот не может встать, вода под ним розовеет. Шаман тянется рукой к поясу, к зелью!
Это оно! Точно зелье здоровья!
– Стоять! – ору во все горло.
Оставляю Борма лежать. Прыгаю вниз, скольжу по траве, махая руками. Шаман удивлен, рука застывает в воздухе.
Зажигаю Стрелу Света. Шаман напрягается, голубая дымка вновь сгущается.
– Стой. Я не хочу сражаться. Мне нужно это, – тыкаю пальцем в зелье на поясе, – Нам нужно это.
Стараюсь знаками и интонацией голоса прояснить ему. Нам нужно зелье. Или он отдает его мне, или я убью его прямо сейчас. Нашпигую Стрелами Света, моргнуть не успеет.
Шаман недоволен, наклоняется ко мне. Черт, а он близко! Клацает клыками перед самым лицом.
Я не дрогнул. Стою прямо, гордо смотрю прямо в злые черные глазенки. Стрела Света над ладонью набирает яркость и мощь. Говорю ему прямо в лицо.
– Плевать, что будет после, я убью тебя! Или отдай зелье! Я не отступлю!
Шаман отклоняется обратно. Тяжело встает, припадая на раненную ногу. Он не сводит яростного взгляда. Отцепляет бурдючок с зельем, швыряет небрежно мне в грудь. Ловлю свободной рукой.
– Вр-а! – краткий рык, взмах рукой.
Дикари уходят. На трупы товарищей им плевать. На последок мелкий дикарь пинает Димида по ребрам, тот охнул, снова падает лицом в воду. Дикари хохочут, убираясь прочь.
– Ах ты мелкий ублюдок! – булькает в болоте Димид, – Я тебя!
Я же смотрю на добычу в руках.
«Сильное зелье регенерации»
«Эффект: Мгновенно залечивает любые повреждения. Для использования выпейте залпом»
«Имеет ягодный вкус»
– Мы сделали это, – говорю, когда дикари скрываются в лесу, – Ха-ха-ха! Мы сделали это!
Димид подходит, его шатает, как на корабле в шторм. Тоже смотрит на зелье, улыбается. Меня передергивает от такой улыбки, зубы в крови.
– Ты на маньяка похож, не улыбайся так.
– Да плевать на меня, – исчезает улыбка с лица Димида, – Как там Борм?
– Я живой, – сипит с горки наш рыцарь, – Кха-кха!
Борм заходится ужасным кашлем, громким, водянистым, словно он пытается выблевать легкие.
– Черт, Борм!
Забираемся к нему. Борм валяется на спине, бледный, в губах ни кровиночки.
– Ты как?!
На губах кровавая пена, он зажимает руками грудь. Неужели сломанное ребро пробило легкое?
– Вот дерьмо! – ругается Димид, – Моя мазь тут не помощник.
Падаю на колени перед Бормом. Смотрю на зелье в руке, на Борма. Он все понимает без слов, пытается улыбнуться.
– Спасите своего друга, – едва шевеля губами говорит он.
Против воли на глаза слезы наворачиваются. Я не могу так просто выбирать, кому умирать, а кому жить!
– Да какого хрена! – взрываюсь я, – Что за дерьмо! Дерьмо! Борм, ты даже перед смертью ведешь себя как долбаный рыцарь!
Тот сглатывает тяжко, пытается дышать.
– Да в жопу все. Лугос, прости, но ты далеко, а Борм прямо тут!
Откупориваю деревянную пробку. Тянет запахом малины и черники.
– Ты уверен? – Димид массирует левое плечо, хрустит, – А как же Лугос?
Борм жадно пьет живительную влагу. Откидываю пустой бурдючок Димиду. Падаю на спину рядом с Бормом. Прямо на мокрую траву. Рассветает, теплые лучи осторожно касаются нас.
– Хер его знает, как Лугос, – закрываю глаза.
– Но ведь…
– Заткнись! Просто заткнись!
Жар битвы схлынул. Мокрая одежда липнет к телу, вытягивает тепло. Раны и синяки саднят, меня начинает колотить в ознобе.
– Спасибо, – тихий голос рядом.
Открываю глаза. Борм валяется рядом, вдыхает влажный болотный воздух жадно, полной грудью. Живой, бодрый и полностью здоровый. Я поступил правильно. Тогда почему чувствую себя так паршиво?
