Когда вся троица спустилась на первый этаж, Дагмар спросила Фальберта:
– А что за перстень у архивариуса на пальце? Что-то старинное и редкое?
– Печать масонов. Это что-то вроде тайного общества, которое, по слухам, произошло от древних рыцарских орденов, точный перевод этого названия – вольный каменщик.
– Как интересно! Он состоит в масонской ложе?
– Да нет, вряд ли, но мы иногда изготавливаем такие перстни. Порою в голову
людям забредает в голову идея возомнить себя членом богатого тайного общества,
они приходят к нам и заказывают подобную дребедень. Блажь, ничего больше. Но
эти перстни хорошо стоят, так что мы не в проигрыше.
– Максимилиан тоже у вас заказывал?
– Нет, ему перстень достался от дедушки или прадедушки.
Ювелирный заводик размещался в двухэтажном здании постройки
пятидесятых годов двадцатого века, с большими двухрамными окнами и
традиционной черепицей. Несмотря на старинный вид снаружи, внутри вся
обстановка блистала новизной: новенькие окна, просторные
мастерские, чистенькие белые столы, за которыми работали мастера и мастерицы в белых халатах, применяя самые современные инструменты.
Кроме обычных ювелирных изделий мастерская также производила часы,
которые расходились по всей Европе. И, кстати, немцы любят вкладывать деньги в золотые изделия и даже слитки, поэтому самородкам из мира разумных зверей
здесь были очень рады.
Когда все трое покидали заводик, они наткнулись на прыщавого парня
двадцати лет с длинными, давно не мытыми волосами. Чуть не сбили его с ног,
если точнее сказать.
– Рихард? Что ты здесь делаешь? У тебя нет дел? – строго спросил Фальберт.
– Я уже всё сделал, – изучая лица Эмиля и Дагмар, произнёс парень. Тон его
голоса был каким-то шпионским. – Развёз всю почту, жду дальнейших указаний.
– Где твоё место?
Парень пожал плечами, бросил восхищённый взгляд на девушку, развернулся и пошёл прочь, время от времени оглядываясь назад.
– Что это за экземпляр? – спросила Дагмар.
– Рихард Вайс, курьер. Любопытен, как пятьсот сорок.
– Слушайте, я в самом деле жутко голодный! – воскликнул Эмиль.
– Я тоже, – отозвалась Дагмар.
– Тогда едем обедать! – весело провозгласил Шварцман-старший. – Вперёд,
молодёжь!
6 апреля 1864 года. Город Франбург, Германия.
В дверь дома Бартольда Мейнера постучал человек. Хэйден вскочил с новенького красного коврика и подошёл к дверям, вдыхая воздух своими собачьими ноздрями. Служанка ушла на рынок, и хозяину дома пришлось встречать гостей лично.
– Кто-то к нам пожаловал, – произнёс Бартольд, отодвигая засов.
Это был человек среднего роста, с крупным носом, улыбчивыми глазами, одетый в коричневый сюртук. Он вертел в руках дубовую трость.
– Фабрис Буаселье! – радостно воскликнул Мейнер. – Старый друг наконец-то пожаловал к нам в гости!
– Здравствуй, Бартольд, мы с тобой не виделись полгода, – произнёс Фабрис, заходя в дом. – Ого! Вот это у тебя собака!
– Это Хэйден, можно сказать – мой привратник. Хэйден, знакомься, это мой старый друг Фабрис Буаселье.
Пёс подошёл к гостю, встал на задние лапы, положил передние ему на плечи и лизнул Фабриса в его внушительный нос.
– Ух ты! – только и сказал посетитель. – У тебя гостеприимный привратник. Это ты обучил его таким штучкам? К тому же общаешься с ним, как с человеком.
– Это почти член семьи.
– Когда ты успел завести собаку? Насколько я помню, у тебя и щенка никогда не было, а тут взрослый пёс. Наверное, ест как пещерный лев.
– У меня два пса, два почти члена семьи.
– А где же второй?
– Он охраняет мой кабинет.
– Надо же…
Бартольд громко позвал:
– Ангелика! Марта! Посмотрите, кто к нам приехал!
Домашние поспешили на зов.
– Дядя Фабрис! – Марта бросилась к гостю и утонула в его объятиях.
– Добрый день, детка, – посетитель чмокнул Марту в щёку. – Ты теперь замужняя дама, насколько я знаю.
– Да, только моего мужа сейчас нет дома, он в полиции.
– В полиции? – удивился Фабрис Буаселье. – Он нарушил закон?
– Что вы, нет, у него там дела! Недавно на Джозефа напали двое негодяев, и он сдал их в полицейский участок.
– Ого! Я не знаком с твоим мужем, но уже восхищаюсь им – один против двух, не каждый способен на такое, – взгляд посетителя перешёл на госпожу Мейнер. – Ангелика, радость моих глаз!
– Добрый день, Фабрис!
Жена Бартольда горячо поздоровалась с гостем.
– У нас готов обед? – спросил Бартольд.
– Бертильда ушла на рынок, мы сами будем хозяйничать.
Женщины поспешили на кухню.
– Ты проездом во Франбурге или приехал по делам?
– Вообще-то, я к тебе лично. У меня к тебе дело.
– Ко мне? – удивился Мейнер. – Это касается ювелирных изделий?
