— Деда, мы договорились. Все, наконец-то, спокойно. Не нагнетай, – улыбнулась я. — Полицию они отозвали, заявления забрали. Приходят, Марика навещают, общаемся корректно. К соглашению пришли. Мы с Камилем поженимся так скоро, как только сможем, он усыновит и Марка, и Лёву. С Дариной договорились по деньгам, – я поморщилась, вспомнив, как она кивнула, соглашаясь на ежемесячную «материальную помощь» от нас за отказ от детей. — Все правда хорошо. Сейчас единственная проблема состоит в том, что сессию я завалила. Половина экзаменов – пятерки, половина – неявка. Но и в этом проблемы не вижу, возьму академ на год, а потом с новыми силами возьмусь за учебу.
Я всеми силами пыталась успокоить дедушку, но он лишь сильнее хмурился.
— Все равно, не доверяю я им.
— А что мне было делать? Отбирать у них Марка?
— Нет, – поджал он губы. — Ты верно поступила, отказывать в общении было бы жестоко. Ох, надеюсь, все хорошо будет. Просто держите ухо востро, не верю я им, и все тут.
У меня иногда тоже случаются такие «не верю». Все было так плохо, а потом резко – хорошо. Как обухом по голове. Я перестроиться не успела. Но логика говорит мне о том, что все будет хорошо, мы ведь договорились в тот день обо всем!
Максим, как обычно, хмуро молчит. Алина Ярославовна жадно смотрит на Марка у меня на руках.
Я ясно дала понять, что ребенка из рук не выпущу, пока не договоримся.
А Камиль и доволен, и напряжен. Сидит, гладит ободок чашки с остатками кофе.
— Договорились? – спросила я.
— Да.
— А условия? – взглянула на Камиля, который попросил выйти из машины, и подняться к семье Руслана.
К семье моего Марка.
Ох, мы ведь теперь на всю жизнь связаны. Все праздники, любые события теперь наши общие. И для Марка они родные люди, а для меня-то чужие. Наверное, чужими и останутся.
Но подкупает то, что я вижу в глазах Алины Ярославовны любовь. Она мало знает Марка, но уже любит. Наверное, так только мамы умеют любить, и бабушки – всей душой, беззаветно. Просто за то, что ребенок этот есть на свете.
А это дорогого стоит.
— Итак, мы забираем заявления, и не идем в суд, – сделала Алина Ярославовна первую подачу, и кивнула Камилю.
Меня она, кажется, немного презирает. Как и все сильные, железные женщины.
Ну и плевать, переживу. Мне нужно стать сильнее, но по-настоящему стальной мне никогда не быть, не из того я теста. Я всегда это знала. Может, потому и приняла Камиля почти сразу – тяжело без него, без его силы.
— Мы не препятствуем вашим встречам с Марком, – кивнул Камиль.
— Мы не настраиваем против вас Марка, когда он подрастет, – проговорила Алина Ярославна, и взглянула на Камиля.
Они будто мяч друг другу перебрасывают.
— Вы будете не просто приходящими дальними родственниками, но и станете принимать участие в воспитании, – пожал плечами Камиль.
— Все праздники, все каникулы Марк проводит с нами, – утвердительно произнесла женщина, и Кам подался вперед.
— Нет. Не все. Будем чередовать. Новый Год с нами, Рождество с вами, и так далее. День Рождения – общий праздник, – процедил Камиль.
Алина Ярославовна вспыхнула, но кивнула.
— Переезжать нужно, или вам достаточно того, что мы не будем бегать от вас?
