131. Вместе с ними он удалил и большинство секретарей, которые, обладая искусством, доступным рабам, желали иметь в своей зависимости префектов, и нельзя было не жить вблизи их, не приветствовать их при встрече, но они отнимали, похищали, заставляли продавать, платы одни не назначали, другие — ниже, чем следует, третьи отсрочивали, четвертые засчитывали сиротам за плату, то, что им не причинили зла, и расхаживали они, словно общие враги тех, кто владели каким либо добром, конем, рабом, деревом, нолем, садом. Они желали, чтобы все это больше принадлежало им, чем владельцам. И один, отказывавшийся в пользу сильных людей от отцовского достояния, — превосходный человек, и уходил, унося вместо имущества это название, а кому представлялось возмутительным подвергнуться такому грабежу, тот — убийца, колдун, отягчен преступлениями, обязан ответом за многие свои дела. 132. Превращая прочих из состоятельных людей в бедняков, а себя из нищих в людей с достатком, богатея на счет бедности прежде зажиточных людей и простирая несытство свое до границ вселенной, они просили у владыки, чего только пожелают, и отказать было нельзя, но подвергались грабежу старинные города и предметы искусства, победившие время, доставлялись морским путем, дабы придать домам сыновей валяльщиков больше блеску, чем царскому дворцу. 133. Если эти были так несносны, то много при всяком являлось их соревнователей, собак, по поговорке, что подражают хозяйкам. В самом деле, не было ни одного раба, который не издевался бы, заключая в оковы, терзая, отнимая, подвергая ударам, выталкивая, изгоняя, желая запахивать землю, ездить на паре, быть господином, и столь же важным, каков был господин его. 134. Но им не довольно было богатеть. но они досадовали и на то, если не получали участия в чинах, в видах того, чтобы прикрыть ими свое рабское звание. Они получали и пояс (военное звание), вместе с владельцами, что заставляете дрожать и переулок, и стражу, и город. И вот этих церберов и многоголовых он выгнал в ряды обывателей, внушив при этом им считать себя счастливыми, что не подверглись казни. 135. Третью часть слуг — преступников, что воровали, обирали, позволяли себе всяческие угрозы и поступки ради приобретения, он удалил вон из дворца, тех людей, которые, лишив свои отечества тех услуг, какие от них ожидались [94], бежав от курий и законов о повинностях и зачислившись в почтовые агенты, покупали себе назначение в мандаторы [95] и был это чин охранителей, для того, чтобы царь пе оставался непредуведомленным ни о каком замысле против него, а занятие — торгашей. 136. Подобно тому как последние, с зари отворяя двери, высматривают покупателя, так те напоминали о барышах поставщикам [96], которые приводили под их бичи ремесленников, будто бы хуливших величество, а на самом деле молчавших, не для того, чтобы их истязать, но для того, чтобы они откупились от этой муки. И никто не миновал их стрел, ни гражданин, ни метек, ни пришелец, но один, и без всякой вины, оклеветанный, гибнул, если не давал, другой, будучи и большим негодяем, потратившись, оставался невредимым. 137. А самым крупным доходом было захватить кого–либо на преступлены против величества. Вместо того, чтобы передавать уличенного гневу пострадавших, они помогали вместо тех, кто им доверились, злоумышленникам, ради взяток. 138. Броме того, подсылая к людям нравственным цветущих юношей и повергая их в страх потерять свое доброе имя и возводя обвинение в волшебстве на людей, далеких от этого преступления, они|Получали эти два особливые источника дохода, вернее еще третий, более обильный, чем оба первые. Предоставляя свободу действий тем, которые дерзали подделывать монету, в пещерах, где устраивались такие рискованные предприятия, они вели роскошную жизнь, получая за фальшивую подлинную монету. 139. Вообще из путей обогащения один был сокрыт и практиковался часто, другой был на виду у всех, но принял форму закона, а выгоден не менее первого, так что, поминая об этом сословии [97], люди тотчас присоединяли и точный счет денег, сколько можно было иметь от этого звания.
{94 Разумеется служба в качестве декурионов, πολιτευόμενος с теми общественными повинностями (λειτουργίαι), с какими она была сопряжена. Обеднение состава провинциальных курий постоянный предмета жалоб Либания. См. у нас, стр. 121, 1, стр. 171, 2.}
{95 См. у нас о πευθήνες — μανδάτωρες стр. 114, 2.}
{96 προηαγωγεύς см. Demosth. 750, 22. Aristid., t. 2, 395, 369, 8.}
{97 εθνος срв. у паст,, стр. 108, 1.}
