Речной лорд полностью

– Да. Надо приструнить дядю Арнольфа. Да и Алис я не могу бросить на произвол судьбы, – Харрион нахмурился. – Кархолд мой по праву и мне не нравится, что там сейчас творится.

– Присягнешь королю Станнису?

– Скорее всего. Без него замок не вернуть. К тому же, после смерти Робба мой дом закрыл долг перед Старками, – он говорил смело, не обращая внимания на то, что Робб, вообще-то, приходился племянником Эдмара. – Лорд Мандерли стал новым Хранителем, и я согласен пойти под его руку.

– Что ж, Харрион, желаю тебе успехов. Во всех грядущих битвах и сражениях, – Роман пожал крепкую ладонь северянина. Было чертовски жаль, что вместе с Карстарком уплывала и Белая Рота. – Помни, если что пойдет не так, Трезубец всегда будет тебе рад.

– Помню и буду помнить с благодарностью, – ответил мужчина. Они расстались друзьями. Но все же расстались.

Венделла Фрея оставили в Солеварнях поправлять здоровье. А в полдень следующего дня их уже встречал Титос Блэквуд.

– Что ж, все не так плохо, – заметил он, когда Роман пересказал ему последние известия. – Только жаль, что северяне нас покинули. Без Белой Роты мы стали слабее.

– Не так плохо? – хозяин Риверрана напрягся.

– Ничего серьезного, на самом деле, – поспешил успокоить лорд. На сей раз на хозяине Древорона красовался роскошный, сшитый из тысячи перьев, иссиня-чёрный плащ с серебряной фибулой в виде головы ворона. – Просто мы уже давно стоим на броде, а с провизией не так хорошо, как бы мне хотелось.

– К сожалению, мы воюем и делаем, что можем. Фреи что-то подвезли?

– Целый обоз пшеницы, брюквы и капусты. И свыше двухсот свиней.

– Вот видишь. Кстати, лорд Ройс из Долины обещал мне помощь. От него что-то поступило?

– Да, он не подкачал. В основном, он прислал сукно, плащи и теплую одежду. На всех, конечно, не хватило, но лучше так, чем ничего.

– Совсем хорошо! – с Ройсом рано или поздно придется рассчитываться, но пока он давал в долг и по весьма приемлемым ценам. – Но у меня есть и другие новости. Они тебя порадуют. Лорд Мутон решил вспомнить, кому он принес присягу и на собственные деньги отправил дюжину кораблей в Пентос. Они должны привезти зерно, вино и копченую конину.

– Значит, толстяк решил внести свою лепту? Похвально, очень похвально, – Блэквуд позволил себе намек на улыбку. – Правда, море сейчас штормовое. Надеюсь, ни один из его кораблей не отправится ко дну кормить крабов. Но я не все сказал… – он пожевал губу. – Пойми меня правильно, мы защищаем собственные земли, но даже в таких условиях некоторые начинают уставать. Им хочется к женам, детям и любовницам. Они мечтают сидеть дома или у камина на постоялом дворе. Я контролирую людей, но шепотки о том, что войну пора заканчивать, что наступило время подумать о мире, звучат все чаще.

– Не обрадовал ты меня, Титос, – Роман нахмурился.

– Я здесь не для того, чтобы лгать, Эдмар. Горькая правда лучше сладкой лжи. По крайней мере, после нее не бывает неприятного осадка.

– Как долго настроение в войске будет на грани допустимого? Мне важно, чтобы ты не потерял нити управления.

– Месяц я дам смело. Может и больше, если будет хорошо с едой и одеждой. Но Зима все ближе, а по ночам все холоднее. Когда на Рубиновом броде начнутся снегопады и задуют метели, да и морозы ударят, я буду вынужден распустить войско. Иначе оно взбунтуется.

Они замолчали. На самом деле, Роман понимал, что должен благодарить судьбу за то, что подобный разговор возник так поздно. Речные земли участвовали в войне с самого начала, пережив существенные трудности и потери. Неудивительно, что люди устали.

– Ну, а ты что намерен делать?

– Поскачу в Риверран, – Роман задумчиво поболтал вино в серебряном кубке. У Блэквуда в шатре было на диво хорошо – тепло, сухо и уютно. Остаться бы здесь и как следует передохнуть. Но нельзя, отдыхать он будет позже. Если доживет до таких славных деньков.

– Завидую твоему напору, – без всякой лести заметил Титос. – Ты совсем не сидишь на месте. Но что будет, если Цареубийца зажмет вас в Риверране?

– Мы на это и рассчитываем. Если он переправит часть войска на северный берег, то ты сразу же направишься ко мне. А пока, на всякий случай, прикажи тысяче своих солдат перебраться в Шепчущий лес. Пошли с ними толкового командира, который знает, что такое терпение.

– Будет сделано, – заверил Блэквуд.

Берега вдоль Трезубца выглядели унылыми и одинокими. Лес стоял голый и неприветливый. Свинцового цвета вода в Красном Зубце даже на вид казалась ледяной. Временами шел редкий снег.

Зато людей здесь было много. Сюда, на северный берег, скрываясь от войны, многие перебрались. Здесь хотя бы никого не убивали.

К Риверрану они переплавлялись на лодках. Берик замерз и кутался в плащ. Маллистер поскользнулся, упал в воду и вымок насквозь, чем окончательно испортил себе настроение. Сейчас он сидел на корме и негромко поругивал всех подряд – и ублюдочных Ланнистеров, и погоду, и холодную реку, и ненадежную лодку.

– Да брось, вода – прелесть! – хохотал Марк. – Теплая, прямо как в Дорне.