Речной лорд полностью

– Что? О чем ты, Джеймс? – Бракен собрал седую бородищу в кулак и дернул ее зло, с немалой силой. – Вы как бабы, вот что я хочу сказать. У моих людей война уже в печенках сидит. Что будет, если они взбунтуются? Покойный лорд Хостер никогда бы до подобного не довел.

– Успокойтесь, лорд Бракен! Что он сказал? Заткните его, – послышалось со всех сторон. Присутствующие поняли, что Бракен решил высказать все, что накипело на душе после того, как его отодвинули в сторону.

Роман поднял руку. Шум медленно затих. Десяток глаз остановился на старике, и он малость протрезвел.

– Да, я говорю, что нам требуется дать врагам бой. Я отказываюсь сидеть и смотреть, как полыхает Трезубец! Мой друг, лорд Хостер не был таким…

– Тихо! – закричал Роман, не давая произнести роковых слов, после которых отношения со стариком улетят далеко в пропасть. – Ради памяти моего отца, ради той дружбы, что он к вам питал, называя одним из вернейших своих знаменосцев и друзей, я говорю вам – остановитесь! Остановитесь, пока не поздно.

Ригер с грохотом отшвырнул скамью, на которой сидел и поднялся, сжав кулаки. Патрек и Марк вскочили на ноги. Они ждали лишь знака и, судя по всему, были готовы прямо здесь взять Бракена под стражу. А он, набычившись, оглядел всех исподлобья и хрипло рассмеялся.

– Ого, молодые петушки осмелели! Когда вас десятеро на одного, почему бы и не показать свою смелость, да?

– Еще слово, лорд, и я вызову вас на бой, – пообещал Патрек.

– И я, – поддакнул Марк. Леди Уэнт усмехнулась. Лорд Деддингс катал хлебные катышки по столу. Теомар Смоллвуд переглянулся с женой.

– Подобного я не допущу, – Роман поднялся на ноги. – Уверен, лорд Бракен просто выпил лишнего. Вино ударило ему в голову, вот и всё. Ради памяти моего благородного отца я и сам поступлю благородно и сделаю вид, что ничего не случилось.

– Ладно, пожалуй и впрямь, я малость погорячился, – Бракен сморщился, как от кислого. Не прощаясь, он вышел из горницы, хлопнув дверью напоследок.

Оставшиеся молчали. Лишь старший Маллистер недоверчиво качал головой, словно не веря тому, что увидел.

– Продолжим ужин, – как ни в чем не бывало предложил Роман. Он сделал вид, что ничего не произошло, и подал слугам знак разлить вино.

Когда все принялись расходиться, Роман окликнул Пэга.

– Останься, Змеиный рыцарь, ты мне нужен, – сказал он.

Патрек на прощание подмигнул. Он-то понял, что разговор пойдет о шпионах и посторонние люди при нем не нужны.

– Ну что, рассказывай, какие у нас новости, – приказал Роман.

– Что вас интересует, милорд? – спросил Пэг.

– Прежде всего, положение дел в столице.

– Тут, как ни удивительно, нам есть чем гордиться. Согласно вашему приказу, мои люди сумели там закрепиться. И сейчас они распространяют слухи, порочащие королеву и ее семью, а также призывают народ к восстанию.

Данному направлению Роман уделял огромное значение. Если, вернее, когда, в столице вспыхнет восстание, которое они раздували что было сил, Ланнистерам и Тиреллам придется напрячься, чтобы его потушить. Ну, а если события пойдут по тому сценарию, что он знал, то и вовсе будет прекрасно.

Роман засыпал Змеиного рыцаря множеством вопросов. Услышанное ему понравилось. Пэг докладывал, что столица напоминает закипающий на огне котелок. И даже та мера, когда Цареубийца нанес превентивный удар и вырезал часть недовольных, лишь на время снизила градус напряжения.

– Могу я задать один вопрос? – перед уходом поинтересовался Пэг, останавливаясь около закрытой двери.

– Конечно, Роберт. Спрашивай.

– Милорд, вы так и оставите лорда Бракена?

– А что?

– Не мое дело, конечно, но подобное своеволие не пойдет на пользу всем нам. В горнице были те, кто хотел его поддержать. Вот что я хочу сказать.

– Посмотрим, к чему все приведет, – Роман досадливо махнул рукой. – Мне не хочется обострять и кидать старика в темницу.

– Думаете, он не предаст?

– Очень на это надеюсь. Очень!

Пэг ушел, всем видом показывая, что такое половинчатое решение чревато неприятными последствиями.

Ночь прошла беспокойно. Роману снился Трезубец, только вместо воды в реке текла кровь. А среди волн мелькало огромное количество отрубленных голов. Все они, Черная Рыба, оба Маллистера, весельчак Пайпер, Хью Венс и Карил, верный Ригер, Пэг, малыш Берик и многие другие. Они что-то беззвучно шептали, словно осуждая хозяина Риверрана за то, что случилось. С их посиневших губ срывались проклятья и злая обида. С остановившимся сердцем он увидел в воде свою собственную голову. И когда голова открыла глаза и уставилась на него, Роман вскрикнул и проснулся.

Больше он в ту ночь так и не уснул, а утром Цареубийца вызвал его на переговоры.

Два человека стояли на подъемном мосту Риверрана, под толстыми досками которого плескалась вода. Роман облачился в полный доспех, правда, без шлема. За его спиной находился Риверран и сотни воинов на стенах и башнях.