Речной лорд полностью

Свыше тридцати Фреев убили и зарезали, причем самых известных – Хостина, который погиб самым первым, туповатого Римана, его сыновей Уолдера Черного и Эдвина по прозвищу Запор, Джареда, Бенфри, Титоса, Эммона, Данвелла, целый десяток других, носящих имя Уолдер и прочих, включая дурачка Эйгона Динь-Дона. Некоторые имена Эдмар упоминал заранее, как самые опасные, с которыми желательно покончить.

В горячке боя никто особо не разбирал, кто лезет под меч. Так пало дюжина или больше оруженосцев и мальчишек. А уж простых воинов полегло свыше двух сотен.

Хотя, несмотря на то, что гарнизон западной башни вырезали подчистую, еще больше Фреев выжило. Теперь они испуганно стояли со связанными руками вдоль одной из стен Великого Чертога – оборванные, многие окровавленные, ошеломленные и испуганные. Большинство девушек и девочек рыдали.

Эдмар Талли, демонстративно властный и суровый, занял верхнее место старика Фрея, откуда вершил свое правосудие. Зал был полон от облаченных в доспехи рыцарей.

Маллистер стоял, опираясь на одну левую ногу. Как оказалось, его все же ранили и теперь он, несмотря на перевязку и лекарство от мейстера, испытывал нешуточную боль.

К сожалению, сходу взяв находящуюся на мосту Водную башню, им не удалось захватить восточную. Там так же наверняка оставались Фреи, да и гарнизон был весьма приличным. Вот только лезть по длинному и узкому мосту на штурм, подвергаясь опасности от луков, арбалетов и самострелов, никто не хотел. Но и оттуда сунулись на выручку, умылись кровью и откатись назад. Воцарилось хрупкое равновесие.

– Лорд Фрей, не надо лицемерить! – Эдмар покачал головой. Патрек мог бы поклясться, что после той резни, что они здесь устроили, его друг и товарищ чувствовал себя не самым лучшим образом. Что-то наподобие вины и сожаления, нет-нет, а проскальзывала в его глазах. А еще там плескался гнев. И смесь получилась странная. – Вы можете достать и мертвого. Не я, а вы тянули время, игнорировали мои приказания, всячески унижали достоинство Риверрана и отказывались присоединиться к войне в то время, как все речные лорды ее поддержали. Мы, как никогда ранее, нуждались в ваших солдатах и могли бы с помощью них действовать куда активней. Вы никудышный вассал, Уолдер, трусливый, осторожный и двуличный. Что, скажете, не вы вели за моей спиной переговоры с Ланнистерами? Не вы замышляли предательство?

Среди собравшихся прошелся гул. Из тех, кто захватил башню, мало кто испытывал симпатию к местному семейству. Их репутация была прекрасно известна, и люди знали, что от них ждать.

– Нет-нет, не так быстро, – захрипел старик, и чуть не упал с неудобного стула. Его поддержали две дочки или внучки, находившиеся по двум сторонам. Он отдышался и негромко добавил. – Король Робб Старк унизил мой дом и изменил клятве. Я лишь защищался.

– Бросьте дурить! – Эдмар пристукнул ладонью по широкому подлокотнику. Стоило признать, он неплохо смотрелся в хозяйском кресле со спинкой в виде двух искусно вырезанных из дерева башен. – За Старка я не в ответе. Свои претензии вы могли решить с ним, а не со мной. Тем более, я неоднократно звал вас на войну и предлагал жениться на одной из девушек, чтобы как мог, смыть обиду, нанесенную родичем. Но вы ведь отказывались. Вернее, тянули время.

– Зато мой дом не замарал руки кровью, – все же отваги старику было не занимать.

– Но не оттого, что вы невинны, – отрезал Талли, предостерегающе прищурившись. – Вам лишь не хватило смелости и толики везения. Все об этом знают.

Несколько человек презрительно засмеялось. Фрея не просто так прозвали «запоздавшим» – он присоединялся к битвам лишь в тот момент, когда не оставалось сомнений, кто победит. И присоединялся к победителям.

– И все же…

– И все же в моих глазах вы бунтовщик и негодяй. И ныне я решаю участь вашего дома и судьбу вашего многочисленного потомства.

На лице старика застыл страх и ненависть. Он зло ощерился, но закашлялся, схватился за грудь и замолчал. Сейчас он уже напоминал не хорька, а старую облезлую крысу, которую загнали в угол и занесли ногу, готовясь раздавить мерзкое отродье.

– Я готов принести все положенные клятвы, готов выделить войско для войны и готов дать заложников. И готов все простить, хотя, видят Семеро, мне не легко забыть такое! – наконец сказал он.

– Какой же ты гнусный интриган, старик! – Эдмар перевел взгляд на Патрека. – Представляешь, нас здесь за дураков держат. Хорёк думает, что умнее всех. Что я все забуду, выпью с ним вина и отправлюсь восвояси.

– На то он и Фрей, – Маллистер пожал плечами.

– Значит так, слушай мою волю! Ты уже не жилец, мы казним тебя в любом случае. Я могу лишь дать выбор – петля или плаха. Хватит нам твоих интриг и подлостей. Мир без тебя станет чище!

– Кто ты такой, дерзкий щенок, что решаешь за Богов, кто достоин жить, а кто нет? – Фрей постарался выпрямиться, несмотря на боль. – Ты пятый лорд Риверрана на моей памяти. Я видел вас всех. Никчемных и самовлюбленных Талли! Думаешь, не найдется на вас управа?