Речной лорд полностью

Свечи тихо потрескивали и оплывали. Слуги меняли одно блюдо за другим. После жареных колбасок на стол поставили пирог с ежевичной начинкой. Выпив, все заметно расслабились. С лица Первина сошло унылое выражение. Сейчас он едва ли не с симпатией смотрел на своего благодетеля. А Талли смеялся – много и заразительно.

– Лорд Эдмар, тут, в Близнецах есть одна славная девушка, Ами Открой Ворота. То, что случилось с ее семьей, едва не доконало красавицу. Вы же не против, если я утешу бедняжку? – хмельной Роберт Пэг сидел по другую руку Эдмара и сейчас вроде как спрашивал разрешения.

– Ха! Люди говорят, что Ами поднимает свою подъемную решетку перед каждым проезжающим мимо рыцарем. Так что смотри, не подхвати какую заразу, утешитель, – заржал Талли.

Постучавшись, в горницу зашел мейстер Бренетт – толстый, лысый, и не очень опрятный, судя по вороньему пуху и помету на рукавах. Он кашлянул, привлекая внимание. Патрек понял, что пришли неожиданные вести. И судя по лицу вошедшего, не особо приятные.

– Милорд Талли, разрешите, я передам письмо своему господину. Оно от лорда Русе Болтона, но касается всех нас.

– Давай, только быстро, и не тяни, – приказал хозяин Риверрана.

Первин развернул узкую полоску пергамента, прочел письмо и побледнел.

– Беда, лорд Талли, – он поднял глаза. – Русе Болтон пишет, что Робб Старк и многие другие северяне погибли. А он теперь Хранитель Севера, присягнувший Королевской Гавани.

В горнице повисло неверующее молчание. А потом Эдмар схватил за горлышко серебряный кувшин и со всей силы бросил в стену. Кувшин с лязгом ударился, сплющился и, забрызгав нескольких человек вином, откатился под стол. Рослин испуганно вскрикнула, а леди Сильва взяла ее за руку.

– Ну почему? – закричал Эдмар. – Почему этот дурак дал себя убить?

– А вот и Рунный Камень, – удовлетворенно заметил мужчина со светлой кожей, практически белыми «льняными» волосами и голубыми глазами. Обветренное лицо казалось вырезанным из твердого дерева и внушало чувство надежности, как рулевое весло верного корабля. Его звали Хоран Сатманте, и он был уважаемым капитаном «Плясуньи Шайялы» – торговой лиссенийской галеи, входящей в состав флота Салладора Саана, который в настоящий момент помогал королю Станнису Баратеону. – Мы добрались, милорд!

– Слава Богам! – по давней привычке откликнулся Давос Сиворт – худощавый человек с карими глазами и совершенно обычными чертами, одетый в простые добротные одежды. На левой руке у него отсутствовали пальцы по первую фалангу. Таковой оказалась плата за преступное прошлое.

Король Станнис принял веру в Рглора. И не всем подобное пришлось по сердцу. Хотя, Хоран относился к самому Давосу с подчеркнутым уважением. Именно «Плясунья» подобрала его с Копий Водяного Короля после битвы на Черноводной. Капитан подарил ему кинжал, одел и обул, и усадил за свой стол, и вообще привечал. Но все же не стоит лишний раз показывать, что десница, в отличие от своего короля, продолжает верить в старых Богов.

Серая громада Рунного Камня медленно приближалась. Волны неспешно подкидывали галею вверх и плавно опускали, как любящая мать качает своего ребенка. С палубы казалось, что колышется берег, а не корабль.

Послышался свисток боцмана, приказывающий матросам убрать парус.

Давос Сиворт прекрасно знал Рунный Камень. В бытность контрабандиста он не раз и не два заходил в местную гавань, пусть и маленькую, но зато дающую надежную защиту от штормов и бурь. Под стенами замка расположился Галичный городок – небольшой, но имевший несколько причалов, постоялых домов, торговых лавок и всего прочего, что есть в прибрежных поселениях.

Торговать именно здесь было не особенно выгодно, да и не так уж безопасно. В маленьком порту каждое судно на виду. То ли дело, столица, Чаячий город или тот же Пентос – во всех этих гаванях можно без труда затеряться.

– Швартуемся, парни, – крикнул капитан, когда «Плясунья» еле слышно стукнулась бортом о широкий причал. – Убрать весла, найтуем концы.

– Не знаю, как долго я пробуду в замке. Может день, а может и больше, – еще раз напомнил Давос капитану.

– Буду ждать вас, сколько потребуется, – заверил тот.

– Хорошо, если задержусь, то пошлю весточку, – Давос спустился по перекинутым с борта сходням и отправился в сторону замка. За его спиной важно вышагивали два воина, которых дал ему король Станнис. Они должны были подчеркнуть его статус – ведь он уже не контрабандист, и не сир, а лорд Дождливого леса и десница законного короля всего Вестероса.

Давос к таким вещам не привык. Ни к подобного рода охране, ни к своему высокому положению. Да и не привыкнет уже никогда, скорее всего. За долгие годы он научился вести себя иначе – тихо, не привлекая лишнего внимания. Он родился в Блошином конце Королевской Гавани, а там незаметность и осторожность служили гарантом выживаемости. Эти качества оставляли его суть, и не так-то легко менять самого себя.