Дальнейшее Иван помнил плохо. Их затолкали в летательный аппарат, несильно, но настойчиво подталкивая в спину, Прошину стянули руки пластиковыми наручниками, семейство Джангулянов оставили как есть, только дюжие парни в камуфляже зажали профессора с детьми между собой. Боты поднялись, развернулись, и тут началась самая настоящая снежная буря: ветер бросал снежные хлопья, норовя перевернуть пляшущие под его порывами машины, так, что операторы рекомендовали остаться и переждать непогоду. На счастье, неподалеку нашлось убежище: законсервированный метеорологический пост в пяти километрах к западу. После недолгой болтанки в воздухе боты сели прямо возле входа в одноэтажное длинное здание. Дверь, закрытую на замок и опечатанную, вышибли с одного удара, десантники быстро обошли весь дом, нашли источник энергии – небольшой дизель-генератор, – и вскоре лампочки на потолке замерцали тусклым светом, озарив помещения, забитые разномастной аппаратурой и заставленные казенной мебелью.
После этого «позаботились» о пленниках: профессора с детьми запихнули в какую-то комнатушку, определив под охрану двух громил, Прошина же, протащив по длинному коридору с рядами пластиковых дверей, завели в большое помещение, заставленное столами и стульями. Там Ивана и оставили, посадив на неудобный стул посреди комнаты, оставив скованными руки.
Хлопнула дверь, Иван остался один. Прошин подергал руками, пытаясь не то снять, не то ослабить наручники – напрасно, пластиковая нить только врезалась в кожу, причиняя резкую боль. Прошин оглядел помещение. Его оставили в темноте, и при слабом свете из окон, забранных решетками с толстыми прутьями, были видны только столы, стулья да кафедра, перед которой Прошина усадили конвоиры.
Иван скрючился за столом и спрятал лицо в ладонях. Потянулись минуты.
За стенами комнаты кто-то ходил, что-то протащили, хлопнув дверью по соседству. В какой-то момент Прошину почудился запах горячей пищи, и Иван сглотнул набежавшую слюну. «Все-таки несерьезный я человек, – подумал Прошин. – Нас взяли в плен, Смита убили, а я тут слюни пускаю, о еде думаю…»
У двери щелкнул выключатель. Иван отнял руки от лица. Залитый светом вечных ламп (одна помаргивала), напротив Ивана стоял здоровенный детина, стоял, молча рассматривал Прошина, и что у него было на уме при этом…
Пытать будут?..
Боевой скафандр космического десанта с выключенной фототропной маскировкой поблескивал броней. Черные буркалы визиров шлема сверлили Прошина: так должен был выглядеть киборг-убийца из старых дурацких фильмов. Киборг поднял руку. Иван непроизвольно дернулся. Он был полностью во власти своего страха, полностью во власти этого убийцы.
Десантник что-то нажал на скафандре. Снял шлем. На Прошина смотрел молодой, может быть немного старше Ивана, молодой человек, и под его взглядом Иван вспомнил, что три дня не брился, что всю дорогу ел наспех возле костра, для которого долго не получалось найти сухие дрова, и дым от сырых веток выедал глаза. Стоявший перед ним молодой человек был чисто выбрит, подстрижен, скафандр сидел на нем что твой смокинг, вдобавок сквозь ядреный аромат, издаваемый пленником, нет-нет да пробивался слабый запах хорошего парфюма.
Прошин опустил глаза и принялся разглядывать столешницу.
– Вы зачем детей с собой потащили? – внезапно спросил десантник.
Прошину пришлось сделать усилие, чтобы поднять голову и встретить его взгляд.
– От вас спасались, – в горле застрял комок, ответ вышел хриплый, неубедительный, и ему пришлось, откашлявшись, повторить сказанное.
– Они спасались, – иронией, прозвучавшей в голосе, можно было отравиться, – а вы знаете, что гон у крысоедов сейчас в самом разгаре?
Прошин недоуменно посмотрел на собеседника.
– Не знаете, – сказал молодой человек. – В это время даже гулли не выбираются из берлог, хотя спячка у них уже закончилась. Редких шатунов раздирают на части, к пиршеству собираются особи со всей округи…
Он махнул рукой:
– Сами полезли на верную смерть, так хоть детей бы оставили органам опеки. Куда вы вообще направлялись?
– Ну, я точно не знаю, – промямлил Иван, чувствуя себя идиотом, – Смит сказал…
– Кто такой Смит?
– Вы убили его там… – Прошин мотнул головой куда-то в сторону окна.
– А-а, этот… То есть вы доверили свою жизнь и жизнь детей профессора Джангуляна этому гангстеру? – переспросил молодой человек.
Он сокрушенно покрутил головой, взял стул, развернул его спинкой к Ивану и уселся, с неподдельным интересом разглядывая своего оппонента. Прошин же окончательно смешался и сидел ни жив ни мертв, думая только о том, как они лопухнулись, доверившись Смиту – случайному, в общем, человеку.
– Вот, значит, кого нам присылают с Земли, – сказал тем временем молодой человек.
– Меня не к вам прислали…
– Ну, неважно…
Прошин сокрушенно молчал.
– Вы прилетели сюда пять или шесть дней назад, так?
– Ну… – Прошин замялся, – да.
– Как вам у нас?
– Да нормально…
– Так что ж вы по лесам бегаете? Знаете, во что обошлась спасательная операция?
Ну да, десантные боты туда-сюда гонять… Прошин только хмыкнул в ответ.
