— Да, все время, с тех пор как нас разделили, — подтвердил он. — Меня отвели прямо сюда, и, когда я очутился здесь, Уилер, я, разумеется, тотчас понял, что мы с тобой нашли логово Рейдера. А несколько часов назад меня отыскал твой друг Денхэм и сообщил, где ты. Но когда я пришел сюда, то застал тебя спящим и не стал будить.
— Лучше бы разбудил, — сказал я Лэнтину. — Кстати, а где сейчас Денхэм?
— Скоро придет, — ответил мой друг. — Он сказал, что должен сходить за помогавшими искать меня друзьями и привести их сюда.
— А что насчет Кэннела? — спросил я. — Ты про него что-нибудь выяснил, пока был здесь?
Лицо Лэнтина омрачилось.
— Нет, ничего, — признался он. — Я искал его, но как можно кого-то найти в этом многотысячном городе? И мы ведь даже не знаем, здесь ли он, Уилер. Его, насколько нам с тобой известно, давным-давно могли убить в какой-нибудь из местных потасовок.
— Не теряй надежду, Лэнтин, — сказал я. — При поддержке Денхэма у нас будет гораздо больше шансов отыскать Кэннела.
Лэнтин с сомнением покачал головой, но, прежде чем он успел заговорить, наша беседа была прервана появлением Денхэма и трех его друзей. Пока они приближались к нам, я с возрастающим интересом таращился на сопровождавшую англичанина троицу странных субъектов.
Один из них — облаченный в панцирь и шлем невысокий крепыш со смуглым суровым лицом — явно был римлянином. Рядом с ним шагал человек с длинными волосами, коричневой кожей и черными орлиными глазами. Одежду его составляли хлопковый стеганый доспех, пятнистые шкуры и головной убор из перьев. При себе мужчина имел любопытное оружие, напоминавшее длинный меч с зазубренными, пилообразными кромками. Это оружие подсказало мне, кто он такой. Ведь мне уже доводилось видеть точно такие же мечи — их привозили из ацтекских развалин в Мексике.
Однако, если кому и удалось привлечь и удержать мое внимание, так это третьему спутнику Денхема. Фигуру этого солдата окружал ореол романтики. Чему в немалой степени способствовали: широкая фетровая шляпа с загнутыми полями, большущие сапоги с подвернутыми голенищами, длинная шпага, которая при ходьбе позвякивала у самых каблуков, веселые, полные отваги глаза и белые зубы, сверкавшие под грозными черными усами. Пока я разглядывал его (как мне кажется, весьма бесцеремонно), солдат улыбнулся и на корявом английском воскликнул:
— Mordieu! Так это и есть тот парень, что заколол мерзавца Талерри?
Денхэм кивнул, и солдат порывисто протянул мне руку — я с радостью пожал ее. Потом англичанин познакомил нас со своими друзьями.
— Шевалье Рауль д'Алорд, — произнес он, указав на веселого солдата, который отвесил мне низкий поклон. — Одно время — капитан армии Генриха Четвертого, Короля Наварры и Франции, а ныне — житель нашего славного города. — И англичанин расхохотался, увидав исказившую лицо д'Алорда гримасу.
— А это Икстиль, касик из Тлакопана, — продолжил Денхэм, указывая на смуглого человека, что стоял между французом и римлянином. Теперь, когда мое подозрение подтвердилось, я взглянул на него с новым интересом.
Ацтек! Представитель тех свирепых полчищ, что навеки стерли с лица земли тольтеков и майа. И все лишь для того, чтобы в свой черед сгинуть под железной пятой безжалостного Кортеса.
Вождь поклонился мне, спокойно и важно, но так ничего и не сказал. Англичанин же повернулся к последнему из троицы.
— Фабрий Арминий, бывший центурион из легионов Тиберия Цезаря, — представил Денхэм, и римлянин сухо кивнул мне.
Затем, приняв предложение Денхэма, мы расселись у края длинного стола.
— Д'Алорд изъясняется по английски не хуже меня, — сказал Денхэм. — Вместе с ним мы научили языку Икстиля и Фабрия, так что можете говорить свободно. Я сказал своим друзьям, что, как и мы, вы тоже готовы попытаться сбежать. Однако, разумеется, им бы хотелось услышать это из ваших собственных уст.
— Да, это так, — заверил я собеседников. — Лэнтин и я прибыли сюда в поисках одного человека, и, если у нас получится разыскать его, мы вытащим его отсюда наперекор Рейдеру.
— Рейдеру? — не понял д'Алорд, и Денхэм дал краткое пояснение:
— Он имеет в виду… его, — сказал он французу и ткнул большим пальцем вверх.
Солдат рассмеялся.
— Sacré, подходящее имечко для этой твари! А, Фабрий?
Римлянин молча кивнул, и Денхэм вернулся к первоначальной теме разговора.
— Мы четверо, — продолжал он, — уже на протяжении некоторого времени обсуждаем различные планы спасения. Но до сих ни один из них не был претворен в жизнь: слишком уж тут много препятствий. Нужно подняться по лестнице и при этом избежать встречи со стражниками — как внизу, так и наверху. А достигнув поверхности, необходимо пройти через город цилиндров, что, впрочем, не должно составить большого труда. Но что нам делать, когда мы окажемся за городом, а? Как нам пересечь ледяное поле?
— Денхэм, мы с тобой будто на разных языках говорим, — сказал я. — Не забывай: я почти ничего не знаю об этом месте. Зачем всех этих людей собрали в подземном городе? Хоть кому-нибудь, кроме Рейдера, известно об этом? Какая у всего этого цель?
