Рейган 5 сентября выступил по этому поводу с обращением к нации[477]. Он назвал советские действия «актом варварства, порожденным обществом, которое безответственно пренебрегает правами личности и ценностью человеческой жизни, постоянно стремится расширить свое господство над другими нациями». Более того, он выразил опасение, что этими действиями Советский Союз стремится запугать Соединенные Штаты. По предложению президента Конгресс принял резолюцию с осуждением действий СССР, в которой особенно подчеркивалось, что на борту самолета находились 62 американца, в том числе член палаты представителей от штата Джорджия Лоренс Макдоналд, который к тому же был председателем крайне консервативного Общества Джона Берча.
В последующие годы стали одна задругой выходить книги, посвященные этому трагическому событию, как правило, не основанные на достоверных источниках и содержавшие произвольные оценки и выводы. Среди них было даже издание, излагавшее фантастическую версию, что «советы» намеренно сбили самолет с курса, чтобы уничтожить его и этим обострить отношения с Соединенными Штатами[478]. В одной из книг выдвигалась версия, что самолет, выполнявший рейс КЕ007, на самом деле был разведывательным, вел наблюдение за советскими военными сооружениями на Дальнем Востоке, что Рейган и его ближайшее окружение либо знали об этом, либо получили информацию сразу после того, как самолет рухнул в океан[479]. За пределы более или менее правдоподобной беллетристики аргументы здесь не выходят.
Значительно более взвешенную трактовку событиям представил известный историк и политолог А. Даллин (сын известного российского меньшевика-эмигранта Д. Ю. Далина)[480]. В его работе трагедия самолета связана с рядом ошибок, а не со злонамеренным решением уничтожить пассажирский самолет. Даллин, однако, не исключал возможность использования южнокорейского самолета как своего рода прикрытия для другого, американского самолета, выполнявшего разведывательную миссию[481].
Выводы Даллина в основном были подтверждены расследованиями, которые проводились Международной организацией гражданской авиации (ИКАО), в частности, после предоставления ей в 1993 году по распоряжению президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина всех материалов «черных ящиков» погибшего самолета и всех записей переговоров советских должностных лиц, связанных с этим делом.
Расследование установило, что самолет летел под управлением автопилота, что пилоты были совершенно спокойны, не знали об отклонении самолета от заданного курса и не видели советских самолетов-перехватчиков. По всей видимости, автопилот был изначально неправильно настроен или испортился позже, а экипаж самолета не проверял данных, что, безусловно, свидетельствовало о его безответственности или недостаточной компетентности.
Относительно же ответственности советской стороны расследование пришло к заключению, что командование советских военно-воздушных сил решило, что имеет дело с американским самолетом-разведчиком, но не провело необходимого расследования и отдало приказ об уничтожении самолета, который уже выходил из воздушного пространства СССР. В действиях советской стороны содержалось серьезное нарушение служебных обязанностей. Приказ об уничтожении самолета отдал командующий войсками Дальневосточного военного округа генерал армии И. М. Третьяк[482].
Между тем в ответ на выступление Рейгана в Советском Союзе была развернута невиданная после сталинских времен антиамериканская пропаганда, причем в центре обвинений находился сам президент. Дело доходило до того, что Рейгана сравнивали с Гитлером. Тяжело болевший Андропов, которому оставалось жить последние месяцы, в свою очередь поддавшись этой волне, выступил с заявлением (точнее говоря, это заявление было опубликовано от его имени), что взаимоотношения СССР и США не пойдут на улучшение до тех пор, пока у власти находится Рейган. В заявлении говорилось: «Если у кого-то и были иллюзии насчет возможности эволюции в лучшую сторону политики теперешней американской администрации, то события последнего времени окончательно их развеяли. Ради достижения своих имперских целей она заходит так далеко, что нельзя не усомниться, существуют ли у Вашингтона какие-то тормоза, чтобы не перейти черту, перед которой должен остановиться любой мыслящий человек»[483].
Политбюро ЦК КПСС приняло решение образовать комиссию по координации внешнеполитической пропаганды и контрпропаганды под председательством Андропова. Решили регулярно собирать в ЦК руководителей газет, радио и телевидения, а также ведущих политических обозревателей «для ориентировки по ведущим вопросам»[484]. Руководство СССР всерьез готовилось к противостоянию с Рейганом. Незадолго до смерти, находясь в больнице, Андропов продолжал прежнюю линию. Он говорил дипломату О. А. Гриневскому: «Американцы хотят нарушить сложившийся стратегический паритет и создать возможность первого парализующего удара»[485].
Опасные события происходили одно за другим.
