В больнице, где лицо пытались зашить, рана ещё и загноилась… В это же время, все накопленные «непосильным трудом» деньги, кто-то скомуниздил. После выздоровления Даму на прежнее место работы брать — по причине нетоварного вида, отказались. Это вам не Голландия, с её профсоюзом тружениц тела! Короче, пошла Дама всё ниже и ниже. С таким лицом никто, кроме в умат пьяных уркаганов её не «снимал»… Сама вот, к водяре, влёт привыкла. С удивлением узнал, что Даме всего лишь двадцать семь лет… Мне казалось, что не менее сорока пяти!
Вот такая история… Кто-то такую Россию потерял. Михалков, кажется. На месте вот этой женщины, он не хотел бы оказаться?
Ну и, что делать? Видно почуяв, Дама горячо зашептала:
— Возьмите меня с собой, господин! Что хотите для Вас буду делать, что прикажете… Только заберите меня с собой!
— Ну, а что ты можешь делать, кроме «этого»?
Дама убито молчала.
— Ладно, пошли. Как зовут то, тебя?
— Катя…
— Надеюсь, не Маслова[21]?
— Нет, Громова… А, Вы и правда меня с собой возьмёте?
— Возьму, возьму…
А, на кой хрен я её возьму? А, хрен его знает… Увезу в Замок, пусть за Громосекой стирает и убирает. А то, пока на него не гаркнешь, майку не поменяет…
— Но, учти: не дай Бог, за тобой что худое услышу… Лично обратно сюда привезу и тому упырю прямо в руки отдам!
— Богом клянусь!
— Насчёт Бога… Надо бы тебе исповедаться!
Да, точно! Надо ей исповедаться! Причём, чем скорее, тем лучше. Пока её не отпустило…
Я скорым шагом пошёл прочь из этого района, в душе клянясь, сюда больше никогда не возвращаться. Дама практически бегом, боясь отстать, семенила за мной. Пару раз ко мне приставала какая-то шпана: одни узнали Даму и, сами отстали, видно думая, что она сняла клиента и идёт его обслуживать. Других, пришлось слегка вразумить, врезав особо настойчивому промеж рогов…
Наконец, поймав извозчика, приказал ему ехать в ближайшую церковь. Поп вначале упирался — мол, поздно уже, приходите завтра в это же время… Но, сунутая ему пятёрка возбудила в нём религиозное рвение и, он исповедовал Даму, выслушав её сбивчивый горячечный рассказ о своём грехопадении — сначала порочном, потом суицидном…
Эта канитель длилась довольно долго, я ждал, не отпуская извозчика, сидя в его пролётке… Пока сидел ждал, в голову пришло две мысли: одна, про то, что пора и самому исповедаться. Хрен с ними, с моими грехами, но отношения с Церковью завязать надо! И желательно, дружеские — во избежание, так сказать, эксцессов между нами… Только, исповедаться надо не этому потёртому попику в занюханной окраиной церковушке, а кому-нибудь из церковного начальства.
Вторая мысль была, что Дама образована и могла бы учить Лузеровских детей грамоте… Ну, а чё нет? Надо только в божеский вид её привести.
Исповедавшись и покаявшись, Дама вышла из церкви притихшая и, какая-то внутренне одухотворённая… Может, её сразу в монастырь отвезти? Три раза «хахаха»…
В Гостиничном Дворе Даму встретили в штыки — может, её даже узнали. Наверное, меня неправильно поняли:
— Ничего, ничего! Не подумайте только ничего такого… Плохого! Просто решил, вот помочь несчастной женщине — жертве обстоятельств. Поживёт немного за мой счёт, потом я её в свой Замок увезу. Выделите ей пока какую-нибудь конуру… Ещё, организуйте где-нибудь помыться и постираться. Кушает пускай на кухне, если хотите — припахивайте… В смысле, работу какую давайте.
Выяснив, что спать с ней я не собираюсь, все немного успокоились. Но, всё равно, Рыбка ко мне в аквариум в ту ночь не заплыла… Через день сводил Даму к врачу — на проверку… Ну, от всяких там сифонов с триппонами — СПИД в те времена ещё не придумали. Что удивительно, Дама оказалась абсолютно здорова! Вот организм, а!?
Через неделю всё семейство к Даме привыкло, а выслушав её историю — жалели, особо работой не загружали, а Глафира, даже приодела ту в свои старые тряпки. Конечно, не от Дольче Габбана, но тоже ничё… Да та и, сама — являла собой образец послушания и кротости.
…Встретиться с недавно назначенным епископом Нижегородским и Арзамасским Владимиром и исповедаться ему, получилось на удивление легко, но сравнительно дорого. Так как, из двадцать первого века я привнёс непоколебимую веру в безусловное всемогущество СМИ, то первым делом в основных газетах Нижнего — даже в «Нижегородском биржевом вестнике», были опубликованы душещипательные статьи о моих приключениях в Америке.
Очень интересные статьи, кстати! Ими, просто зачитывались и говорили что у автора есть несомненный литературный талант… Некоторые из этих «статеек» были пересказом моих действительных приключений, литературно переработанные местными «акулами пера» — большинство же, я тупо содрал у ещё не родившихся даже, авторов и адаптировал к этому времени. Новый Нижегородский епископ, как я знал из Википедии, был человек просвещённый и газеты наверняка читал.
В связи с моей «Хреннью» я и, так был в Нижнем человеком довольно известным, а опубликованные за немалые деньги мои статьи, ещё больше должны были добавить мне популярности. Что входило в мои дальнейшие планы…
