Надежда, служанка Антона, полностью соответствовала описанию. Она меня тоже сразу признала. Сейчас было необходимо решить вопрос о качестве отношений Антона и Надежды. Распущенность партийцев, внешность Надежды и ее поведение привели меня к принятию решения. Я открыл холодильник и удивился обилию водки, шампанского и закусок.
– Ты не голодна? – спросил я Надежду.
Надежда отрицательно махнула головой и продолжала заниматься уборкой квартиры, состоящей из огромной гостиной, спальни, ванной, туалета и просторной кухни.
Я достал шампанское, икру, банку крабов, маслины, шоколад. По инструкции эти продукты не следует есть вместе, но, увидев пищевое изобилие, я потерян рассудок – мною управлял желудок.
– Надежда, потом уберешь, – позвал я. – Давай немного выпьем.
Надежда отпила большой глоток и удивленно посмотрела на меня:
– А ты, почему пьешь не водку?
– Это только разминка, – отшутился я и подлил Надежде в бокал.
Шампанское, согласно инструкции, приятно покалывало небо. Все остальное тоже было изумительно и, в нарушение инструкций, нежило тело и душу. Когда оставалась только треть бутылки, я решал действовать. Приподнял Надежду с кресла и впился губами в ее губы. Надежда удивленно округлила глаза, но затем прижалась ко мне и страстно ответила на поцелуй. Хорошо, что у меня был, хоть какай-то опыт обращения с женщинами. Когда я был еще на легальном положении, инженером технической касты, мне разрешили иметь ребенка. Около месяца ко мне ходила женщина, которая должна была родить ребенка, которого я никогда не увижу.
Сейчас во мне проснулись инстинкты мужчины. Мое изголодавшееся по женщине существо потянулось к Надежде, как к колодцу в пустыне, и мою жажду было трудно утолить, а страсть не было нужды разыгрывать. Я бесстыдно отдался страсти, позабыв, что боевик братства обязан управлять страстями как машиной. Изначально необходимо видеть цель, а уже затем включать, при необходимости, страсть и ее интенсивность. Когда мое тело, насыщенное удовольствиями, в блаженстве вспоминало пережитые минуты, Надежда вернула реальность бытия вопросом:
– Ты ли это? Тебя словно подменили.
– Что же во мне изменилось? – я немного насторожился, но был уверен, что не раскрыт.
– Не дышишь водочным перегаром, страстен, нежен. Изменился даже взгляд. Сейчас ты с интересом наблюдаешь за женщиной, а не бесстрастно, как за прислугой, покорной твоей воле в постели. За два года моей работы у тебя, такой ты в первый раз.
– Ты была у кого-либо прислугой до меня? – перебил я Надежду.
– К тебе я попала сразу после школы, – ответила Надежда и с сарказмом добавила: – Ведь партийная каста признает только молодых служанок. – И вдруг с испугом спросила: – Я еще не старая? Ты не откажешься от меня? Тогда у меня будет путь только в разнорабочие с их отвратительным пайком и жильем.
– Ты живешь одна в квартире? – уклонился я от ответа.
– Нет, вдвоем с Марией. Ты ее должен знать. Она служанка Кротова.
Фамилия Кротов подействовала на меня, словно красное полотно на быка. В постели уже лежал не изнеженный партиец, а боевик братства; И я пообещал завтра вечером посмотреть, как живет Надежда, чем вновь округлил ее глаза. Я допускал много грубых ошибок, но, тем не менее, первый контакт удался. Я не разоблачен и уже получил первую ценную информацию. Будущее рисовалось в розовых тонах, а задание казалось простым и совершенно безопасным.
Когда я шел по коридору ЦК, меня хлопнул по плечу мужчина средних лет, но с изношенным лицом.
– Что, уже начальство не узнаешь? – рассмеялся он и дохнул на меня алкогольным перегаром.
Мой вид красноречиво говорил, что, мол, виноват, даже начальство не узнаю.
– Ничего, сейчас вылечим, – рокотал неунывающий незнакомец, с лицом, носящим следы цирроза печени. – Зайди ко мне. – Продолжал он и начал дрожащей рукой вставлять ключ в замочную скважину.
По надписи на дверях я понял, что передо мной стоит Кротов, заведующий научным сектором.
Кабинет был просторен и помимо стола и кресел оснащен диваном и холодильником. Кротов достал из холодильника водку и разлил по стопкам.
– Лечись, – басил Кротов, пододвигая мне стопку. Он опрокинул свою водку в рот и, болезненно морщась, начал поглаживать правый бок. – Болит, зараза.
– Может лучше не пить?
– Сам, небось, не отказываешься от удовольствия? Кроме того, все равно пора менять печенку. Как ты думаешь, риск есть?
– Пересадка печени отработана, но всего заранее не предусмотреть.
– Ты учти, – продолжал Кротов. – Если операция пройдет успешно, то я тебе гарантирую повышение. Подбери лучших медиков, ты ведешь отдел медицины – тебе и карты в руки.
– Во мне не сомневайтесь, ведь я без вас – ничто, – ответил я шутливой лестью.
– Вот и прекрасно. За что ты мне нравишься, так это за понятливость. Вот тебе талоны на свежую землянику, ананасы и другие витамины. Получишь повышение – будешь получать их регулярно. Ты меня понимаешь?
– Разумеется.
– Завтра, вечером, приходи ко мне.… Отметим последние дни моей старой печени.
