— Возможно, — буркнул монстрик. — Чего ты хочешь от меня, парень, чтобы я уломал Сану на эту затею? Она и сама в должной мере заинтересовалась всем этим. Что ты беспокоишься? Наша девочка любит играть, а ты ей предложил замечательную игру.
— Меня интересует, скажем так, мнение независимого эксперта. А то Сане все лень, она наплести может что угодно. Так ли нельзя изменить прошлое?
— Вообще нельзя, пацан, — крякнул Стикки-Ти.
— А, знаю-знаю я эти ваши логические ловушки. Перефразирую: не прошлое изменить, а память о прошлом. Заместить старое прошлое новым, тем самым создав новую действительность?
— О, как ты загнул. Можно изменить память. Но как ты собрался это сделать?
— Мы откроем правду об лондонской аномалии. Покажем проступающий город.
— Да, это заставит всех усомнится, даже во вчерашнем дне! — одобряюще хихикнул зубастик.
— Люди должны знать что там, и увидеть это, по телеканалам или еще как, — добавил Саша. — Я не думал над деталями, как мы это сделаем, главное показать. Это даст надежду.
— Не ложную ли надежду? Никто не оживет, — хмыкнул демон.
— Надежду, что они живы в другом мире.
Монстрик покривил губы в раздумье и одобрительно кивнул.
Саша наклонился вперед:
— Еще меня беспокоит другой вопрос. Большая Африканская Трагедия.
— О, о! Ну только не начинай про это. Тут я без санкции божественной ничего делать точно не буду! — воскликнул зубастик.
— А что вы так оба?
— Человечеству дали палкой по голове. Оно от этого значительно поумнело, поверь мне.
— Но черт, неужели тут нельзя ничего придумать? — воскликнул Саша. — У нашего мира я вижу две проблемы, а не одну. Надо заняться всеми.
— У вашего мира, как и у всех остальных, проблем выше крыши! — расхохотался Стикки-Ти, катаясь по дивану. — Все давай порешай. Бедность, голод, вымирание тюленей в Арктике, ха-ха-ха!
— Слушай ты. Я не такой просветленный, как вы с Саной. Вы можете видеть во всем естественное биение жизни, ошибки и исправление ошибок. А я простой парень, который мыслит простыми категориями. Я вижу, что мы можем сделать что-то здесь и там. Я могу сделать. Мне можно быть наивным и заблуждаться, ведь я человек. А ваша с Саночкой задача мне помогать, а не умничать. Если это ошибка и все зря, дайте мне ее совершить, чтобы я понял это.
— О… ты эту пламенную речь повтори потом няшечке-богине. Зря передо мной выступаешь. Но по вашей Африке у меня нет идей. Диктатор этот, пустивший ракету с зеро-вирусом, сейчас выращивает хлопок в Южной Америке. Переродился простым работящим крестьянином. Он по-своему переживает содеянное, но в нем нет ни силы, ни желания что-то менять. Он там был просто подхвачен водоворотом событий, послужил ходячим переключателем, который в нужном месте в нужный момент нажмет нужную кнопку, вот и все.
— Переродился, значит? — пробормотал Саша, потирая подбородок.
— Да, но это никак не помешало бы, захоти он проделать что-то такое же, как ваш рыжий генерал. Но он не сделает. Ты можешь слетать к нему и высказать, как он был не прав. Может тебе полегчает.
— Прав он или не прав, это не мне судить. Я читал историю, какой-то рок лежал над всеми этими уничтоженными странами с самого начала. Казалось, все к этому идет, или они сами бы себя уничтожили каким-то другим способом. Там многое пошло не так еще задолго.
— Вот, ты же все сам понимаешь. Так что о чем речь? — развел лапами монстрик.
— Что-то тут можно было бы сделать, и мне, как единственному человеку в вашей божественной просветленной компании, надо вас заставить.
— Хорошо, мать вашу, звучит! — крякнул опять Стикки-Ти, не то от удивления, не то от смеха.
Они закончили разговор, Саша вернулся в свою комнату, чтобы перекусить и заняться учебой, так незаметно приблизилась ночь. И пора было смотреть следующий сон, про иную реальность, в которой все казалось таким простым и розовым по сравнению с местной действительностью. Какая-то девушка, какие-то игры у нее с Саной в догонялки, а здесь миры приходится спасать.
— Саша, здравствуй, — дотронулся кто-то до его плеча.
Он обернулся, увидев Сесилию.
— Прости, я тебя не заметил, но что ты тут…
— Мне надо с тобой поговорить, это важно.
Девушка втащила его в пространство между зданием бассейна и главным корпусом Академии, именно здесь она и стояла в тени, как будто поджидая его.
— Это по поводу того проекта, в котором ты хотела, чтобы я поучаствовал? — спросил Саша, не понимая, что за прятки.
— Нет… то есть да… не совсем.
Девушка как будто не знала, как сказать то, что собиралась:
— Это по поводу твоей подруги, Саны Серебряковой.
— Да?..
— Саша, она показывала тебе какие-нибудь странные вещи?
— Что?
В голове у Саши сразу пронеслись тысячи вопросов, и главный из них — о чем это она.
— Я пока тебе не могу пояснить подробнее. То, исследованием, чем я занимаюсь, связано с тем, что… чем занимается и Сана.
— Не может быть. Ты исследуешь эзотерику? Сана как-то больше по этой части.
— Она так это называла?
— Ну не совсем…
— Есть вещи, которые наука только учится приоткрывать. И Сана, похоже, коснулась того, что не должна была.
