— Я всего лишь процитировал министра юстиции, — с невинным видом сказал Мартин Бек. — Лучшие умы полиции — министр, очевидно, имел в виду Монссона и Нурдина — работают без устали, чтобы выследить и схватить сумасшедшего массового убийцу, обезвредить которого — это первейший долг как по отношению к обществу, так и по отношению к каждому отдельному гражданину.
— Когда он это сказал?
— Впервые семнадцать дней назад, последний раз — вчера. Но вчера ему предоставили всего четыре строчки на двадцать второй странице газеты. Должно быть, он ужасно огорчен. Ведь в будущем году выборы.
Меландер закончил телефонный разговор и, прочищая разогнутой канцелярской скрепкой свою трубку, спросил:
— А не пора ли уже сдать в архив версию об убийце-психопате?
Прошло четверть минуты, прежде чем Кольберг ответил:
— Да, самое время. И еще — закрыть двери и отключить телефон.
— А где Гунвальд? — спросил Мартин Бек.
— Герр Ларссон сидит в своем кабинете и ковыряет в зубах ножом для разрезания бумаги.
— Фредрик, попроси, чтобы все звонки переключали на него, — велел Мартин Бек.
Меландер потянулся телефонной трубке.
— Заодно попроси, чтобы нам что-нибудь принесли, — сказал Кольберг. — Мне три венские булочки и кофе. Благодарю.
Через десять минут принесли кофе. Кольберг запер дверь. Все уселись. Кольберг отхлебнул кофе и закусил булочкой.
— Мне ситуация представляется следующей, — начал он, жуя булочку. — Убийца-психопат, жаждущий славы, пылится в шкафу начальника полиции. При необходимости мы извлечем его оттуда и пропылесосим. Рабочая версия примерно такая: неизвестный, вооруженный автоматом «Суоми-37», убивает девять человек в автобусе. Эти девять человек никак друг с другом не связаны, просто ехали в одном автобусе.
— У того, кто стрелял, был какой-то мотив, — сказал Мартин Бек.
— Верно, — согласился Кольберг и взял вторую булочку. — Я с самого начала так считал. Однако нет такого мотива, который мог бы объяснить убийство девяти человек, совершенно случайно оказавшихся в одном месте. Следовательно, истинной целью было убийство одного из них.
— Убийство было тщательно продумано, — заметил Мартин Бек.
— Один из девяти, — продолжил Кольберг. — Но кто? Фредрик, список у тебя?
— Он мне не требуется, — ответил Меландер.
— Ах, конечно. Я спросил, не подумав. Давайте еще раз пройдемся по нему.
Мартин Бек кивнул. Разговор перешел в диалог между Кольбергом и Меландером.
— Густав Бенгтссон, — начал Меландер, — водитель. Его присутствие в автобусе можно считать мотивированным.
— Безусловно.
— Он вел обычную размеренную жизнь. Удачно женился. Под судом не был. На работе о нем хорошего мнения. Коллеги уважали. Мы допросили несколько друзей его семьи. Те сообщили, что он был надежным и порядочным человеком. Состоял членом Общества трезвенников. Сорока восьми лет. Родился здесь, в Стокгольме. Враги? Врагов не имел. Дурное влияние? Не замечено. Деньги? Денег не имел. Мотив убийства? Отсутствует. Следующий.
— Я не буду придерживаться нумерации Рэнна, — сказал Меландер. — Теперь Хильдур Юханссон, вдова, шестидесяти двух лет. Возвращалась от дочери с Вестманнагатан к себе домой на Норра Сташунсгатан. Родилась в Эдсбру. Ее дочь допрашивали Ларссон, Монссон и… впрочем, это неважно. Пенсионерка, жила одна. Больше о ней сказать нечего.
— Нет, есть. Она, по-видимому, села на Уденгатан и проехала шесть остановок. Никто, кроме дочери и зятя, не знал, что она будет ехать именно в это время и именно этим маршрутом. Дальше.
— Юхан Челльстрём, пятидесяти двух лет. Родился в Вестеросе. Работал в авторемонтной мастерской Грена на Сибиллегатан. Задержался на работе и возвращался домой. С этим все ясно. Брак тоже удачный. Больше всего увлекался автомобилями и летним домиком. Не судим. Зарабатывал достаточно, но не слишком много. Те, кто его знал, сообщили, что, вероятно, он проехал в метро с «Эстермальмсторг» до «Центральной», а там пересел на автобус. Но он мог сесть в автобус и возле универмага Олена. Его начальник сказал, что Челльстрём был хорошим специалистом и умелым работником. Коллеги сказали, что…
— Что он издевался над подчиненными и лебезил перед шефом. Я был там и беседовал с работниками мастерской. Следующий.
