Некоторое время они молча шли по тёмному коридору, под ногами хрустел покрытый рябью лёд. Свет фонарей вырвал из темноты покрытую льдом преграду. Коридор заканчивался закрытыми двустворчатыми дверями без ручек и замочных скважин. Идущий первым М-Арк толкнул створку, но безрезультатно — она не сдвинулась ни на миллиметр.
— И что нам теперь делать? — Он пнул дверь ногой, раздался протяжный металлический гул. — Она не открывается.
— Её здесь раньше не было — проход перегораживали решётки с запором. — Марго-Рита подошла к двери вплотную и дотронулась до покрытой инеем поверхности. — Он опять разогревается.
Она удивлённо посмотрела на куб, который породил на своей поверхности ещё больше синих искр. Марго-Рита приложила его к правой створке двери и зажмурилась. По её руке от пальцев до самого плеча прошла волна покалывающей вибрации, раздался громкий щелчок, и в лицо ударил порыв зловонного ветра. Марго-Рита открыла глаза — дверь исчезла без следа.
— Ну и вонь, — воскликнул позеленевший Фё-Дор, суетливо заматывая нижнюю часть лица шарфом. Остальные не мешкая последовали его примеру.
Лишь Марго-Рита, не обращая внимания на пахнущее чем-то сладковатым зловоние, шагнула в быстро редеющую темноту холла. Продолжая держать куб в вытянутой руке, она прошла дальше, не отрывая взгляда от всё ярче разгорающегося потолка. Куб стал настолько лёгким, что, казалось, ещё немного и он воспарит под потолок, растворившись в мягком желтоватом свечении. Время замедлилось. Марго-Рита подняла руку над головой. Потолок вспыхнул так же, как и сфера на улице, и разродился сверкающим всеми оттенками синего водопадом. Искры, оседая на перилах невесомых на вид мостков, на стеклянной шахте лифта и обвивающей её винтовой лестнице, на полу и на коже, продолжали светиться, превращая наполненный светом, уходящий на три этажа вверх холл в сказочное место.
— Какая красота, — прошептал Фё-Дор, во все глаза рассматривая волшебное зрелище. — Напоминает пирамиду в Снежбурге.
— Они, скорее всего, строились в одно время, — задумчиво проговорил И-Ван. Уловив краем глаза резкое движение, он резко обернулся и воскликнул: — Марго-Рита!
Тошнота схлынула так же резко, как и наступила. Влад рухнул носом вниз, погрузившись лицом в пахнущий морозной свежестью пушистый ворс. Перед глазами плавали разноцветные круги, а в теле ощущалась свинцовая усталость. Повернув голову, Влад увидел свою руку и поморщился: на синей коже плотными чёрными бороздами выделялись узлы вен и тонкая сеть капилляров.
Вслед за зрением восстановился слух. Сводящий с ума писк сменился приятным женским голосом, напевающим печальную песню.
«Получилось — я выбрался!»
Мысль обрушилась на него ведром холодной воды. Нужно было срочно собрать себя в кучу и осмотреться. Вдруг это место опасно?
Влад медленно перекатился на спину и увидел побелённый потолок, украшенный сине-зелёными узорами. Повернул голову налево: в поле зрения попали серебристая стена и массивная деревянная дверь. Справа, вплотную к нему, стояла на резных ножках высокая кровать под синим балдахином.
Влад встал на четвереньки и, затаив дыхание, выглянул из-за кровати. В дальнем углу комнаты, у массивного трельяжа, стояла обнажённая по пояс Ла-Урра. Убранные в высокий пучок белые волосы открывали изящную спину с выпуклыми лопатками и ямочками на пояснице. Девушка была прекрасна, если бы не одно но — её кожа, казалось, была облита синей краской. Мерцающие разводы, почти чёрные в области лопаток и на руках, светлели к позвоночнику, змейками исчезая за широким поясом длинной юбки. Тёмно-синие пятна с вкраплениями чёрных ниточек вен на глазах поглощали одиночные участки белоснежной кожи. Словно живые, они перемещались по спине, оставляя за собой темнеющий с каждой минутой голубой цвет.
В отражениях зеркал было видно, что пострадала не только спина. Высокая грудь казалась сплошным чёрным пятном. С явным отвращением Ла-Урра дотрагивалась до кожи, сжимала груди, словно пыталась выдавить из них чернильный цвет, и поворачивалась перед зеркалом, изучая спину.
— С каждым разом истощение приходит всё быстрее, — с дрожью в голосе пожаловалась она собственному отражению. — Осталось всего две дозы…
Она протянула руку к стоящим на низеньком комоде из красного дерева флаконам с переливающейся всеми цветами радуги жидкостью. Влад, затаив дыхание, наблюдал. Ла-Урра поднесла флаконы к лицу, любуясь калейдоскопом цветов, вспыхивающих внутри. Один пузырёк она опустила в карман юбки, а другой откупорила и залпом выпила.
— Мои запасы истощены, — вздохнула Ла-Урра, обнимая себя. — Если Снежбург не приготовил подарок, я заберу всё их волшебство до последней капли. Проклятый лёд…
