— Наша цель на сегодняшнюю ночь — пройти по тоннелям противника, узнать куда они ведут, и что в них находится. Я и Клавдия идём в невидимости, Пози — управляет Штирлицем, не торопимся, медленно и аккуратно, в бой не вступаем, если что, отходим назад. Клава — использование Стервы на твоё усмотрение. Если есть вопросы — задавайте.
— Опять ты и Клавдия. А нам что делать? — без обиды, но с раздражением, спросила Этилия.
— А ты или Парамон умеете двигаться так, как Клавдия? У вас есть Стерва или Штирлиц? А «абсолютный щит», который позволит выдержать любой урон и удрать? Сейчас время разведки, а вы никак под неё не заточены — у вас другие, не менее важные и значимые, специализации, время которых ещё придёт, и вот тогда вы, во всей красе, покажете себя, — спокойным и ровным голосом ответила я ей, — не злись, это ни к чему хорошему не приведёт.
— Я поняла, то есть нам опять охранять Пози? — озадаченно спросила Этилия.
— Да, охранять оператора Штирлица, так как он во время работы глухой и слепой, следить за Жабодавом, и среагировать, если он найдёт невидимку, да и самим не зевать и держать ушки на макушке. Это достойная боевая работа, которую необходимо и абсолютно незазорно делать на войне.
— Я поняла, — вздохнув повторила Этилия, — я вижу, что ты ускоряешь события. Это хорошо.
— Тогда в путь. Клавдия — подумай, как изменить ловушку, чтобы ты успела проскользнуть внутрь незамеченной. Пози, ты тоже продумай залёт в тоннель Штирлица.
Соратники улетели, я осталась одна. Можно было хорошенько подумать обо всем насущном, но мысль не шла — после недели бездействия хотелось движухи, и я была согласна с Этилией — нам надо ускорять события. Так что руку в небо — полетели. Мне необходимы часы налёта, ибо я сильно отстала в мастерстве от соратников. Я летала ровно час: нашла приемлемое положение тела, резко разгонялась и тормозила, меняла траекторию полёта с одновременной сменой высоты, тренировала виляющий полёт и рваный ритм. Вроде неплохо, но маловато для мастера. Я хорошо вымоталась и спустилась на землю, перекусила бутером с варёным мясом, выпила чая со сгухой, и, снова поднявшись в небо, медленно полетела в режиме восстановления энергии к полосе грозовых туч, закрывающих небо над землями противника.
И если первый раз я подумала про надвигающуюся грозу, то уже неделю собирающийся начаться природный катаклизм, прямо-таки тыкает в схожесть ситуации с известным фэнтези-произведением — там был вулкан, тут тёмное грозовое небо — но и то и другое закрывает землю от света. Подлетая, мне пришлось снизиться почти до самой земли — «Блин, это у них умный кто-то такой или простое стечение неприятных обстоятельств?» — подумала я. Напряжение так и витало в воздухе, шевеля волосы, молнии были готовы сорваться с небес в любой момент и ударить в наивысшую точку. Создав этот грозовой фронт, некто полностью закрыл небо для полётов, даже подниматься на холмы здесь было крайне опасно — разведчик с молнией в голове данные никому не передаст. — «Так вот почему они под землю спрятались» — пришла ко мне умная мысль — «ну так там мы их и похороним».
Клавдия, с самого начала полётов, прекрасно ориентировалась в воздухе и легко ловила попутные воздушные течения, она прибыла в назначенное место чуть больше чем за час, потратив всего 8% имеющейся энергии. Ей было известно, что она видит саму суть необходимых действий, «зрит в корень», как однажды сказала Василиса — если Клавдия за что-то бралась, то делала это с наименьшими затратами и быстрее всех. Правда теперь ей предстояло придумать, чем себя занять в течение следующих девяти часов — но это не впервой, Василисе часто было не до них, и находить себе занятие не являлось для неё проблемой.
Клавдия создала бутерброд с черным хлебом, маслом, сыром и хрустящим салатом, сладкий горячий чай (да, в отличии от Василисы она умела создавать чай сразу горячим, но не афишировала этого) и с аппетитом это употребила, восстанавливая энергию. Далее можно было позаниматься акробатикой или покрутить сальто в воздухе, оттачивая координацию движений, или потренироваться со Стервой, но она решила подумать.
Василиса права, Клавдия прекрасно ориентируется в любой незнакомой ситуации, она «чувствует» как будет правильно и «видит» что для этого надо сделать. При этом надо честно признать — ей не хватает знаний — в их объёме она существенно уступает даже Этилии, не говоря уж о Василисе. «Плюс» на «минус» — вроде бы все при своих — но Клавдия давно ощущала какое-то тянущее чувство внутри себя, как будто у неё что-то есть, но она это не может почувствовать и, тем более, увидеть или осознать. В голове возникла ассоциация — «Пустыня, жара, ты стоишь на берегу спокойного, тихого и прозрачного озера, смотришь вглубь и не видишь дна. Хочешь искупаться, но боишься утонуть — потому так и жаришься в нерешительности на берегу. Стоишь и не знаешь о том, что прекрасно умеешь плавать, просто забыла своё умение и не можешь о нём вспомнить». Ассоциация возникла, но не пробудила в ней ничего — ушла как вода в песок пустыни.