— «Наверное ещё рано и надо просто подождать. Может мир откроет мне это знание только тогда, когда придёт время?» — подумала Клавдия, но ей тут же захотелось выругаться от своих же мыслей — «Какое, нахрен, время, когда и куда оно придёт, да и придёт ли?» — она никогда не отличалась усидчивостью и терпением. — «Я — само действие. Сидеть на месте мне недопустимо и противно» — закончила она ход своих мыслей и после этого осознала, что ей не надо ставить ловушку и ждать темноты. — «Если активность у этих „утырков“ приходится на ночь, то мне сам бог велел прийти к ним днём» — рассуждала Клавдия уже на ходу, — «Надо просто найти как запускается лифт. Они же и с поверхности им как-то управляют, а активировать его должен быть способен и один утырок — при их образе жизни потери неизбежны». Она дошла до круга и встала в самом его центре, закрыла глаза, попыталась ощутить пространство вокруг себя, а затем «увидеть» правильное решение.
Меньше чем через минуту Клавдия достала из ножен свой короткий меч, вскинула его вверх правой рукой и замерла, ещё через десять секунд земляная платформа дрогнула и вместе с, вошедшей в невидимость, Клавдией пошла вниз. Она выпустила Стерву, приказав ей замаскироваться и оставаться вблизи точки выхода, и довольно промурлыкала — «А ларчик просто открывался», — закончив мыслью — «Оружие — это ключ, его просто нет у других местных — встань в правильное место, покажи оружие и жди». Платформа спустилась метров на семь-восемь и остановилась на дне тоннеля. — «Как интересно-то» — Клавдия оглядывалась, используя ночное зрение, — «А ничего тут такие червячки ползают, упитанные». Тоннель имел форму горизонтального цилиндра с губчатыми стенками, диаметром под три метра и расширяющегося, в месте «стоянки» лифта, до двадцатиметровой полости, похожей на перевёрнутую чашку. Ни в полости, ни в коридоре никого не было, — «Удивительное разгильдяйство» — не преминула заметить она.
— «Поставлю-ка я тут всё же ловушечку, просто на всякие случай, мало ли что» — сойдя с платформы Клавдия заставила пещеру невидимыми капканами, совмещёнными с друзами ядовитого газа.
Начиная движение по коридору в сторону противника, Клавдия пришла к выводу, что — «Наработанные до автоматизма способности — это, конечно же, хорошо, но мне они не подходят, я так не могу. Мне нужна импровизация, хотя нет, не так — я, и без всяких идиотских терминов, прекрасно „чувствую момент“ и „знаю“, как мне надо действовать. Мне нужна свобода в принятии решений, да, именно так — когда приду, так и скажу Василисе». При завершении этой мысли тянущее чувство внутри Клавдии исчезло, не лопнуло от чрезмерной натяжки, а сжалось и незаметно растворилось — она ощутила лёгкость и «правильность» своих действий.
Тёмный Властелин стоял на балконе своих покоев в главной Твердыне и смотрел на грозовое тёмное небо с росчерками молний. Почти чёрные тучи медленно наползали друг на друга, рождая неповторяющийся и завораживающий узор вспыхивающих молний — эти изменчивые кружева напоминали Властелину о непредсказуемости жизни и рождали в душе тянущую тоску — иногда росчерки молний били в громоотвод его крепости, вызывая в нём краткое чувство власти над природой и гордость за знание об электричестве. Властелин хандрил, предавался воспоминаниям и размышлял о бренности бытия (он несколько раз был в церкви, и кое-что запомнил из воскресных проповедей пухлого лысого пастора)…его опять предали, предали в самый неподходящий момент, да ещё и ударили в спину.
На его землях шла война, шла уже целых два года, и он не мог её завершить без катастрофических последствий. После посещения глобальной сущности и становления Властелина высшим, создаваемая им империя ещё разрослась и стала занимать пять местечковых территорий, таким образом, Властелин был просто вынужден повысить статус пяти своих Дланей до возвышенных.
— «Территории не могут существовать без управления и возвышенные возникнут на них в любом случае — таков закон, и лучше это сделать самому, чем получить со временем полное дерьмо из не пойми кого. И хотя идиотов типа Ивана на его землях не было в принципе, но рисковать всё равно не следует, всё должно находятся под его контролем» — следуя подобным мыслям он и выбрал пять, как на тот момент считал, самых доверенных Дланей.
На этот раз Властелин решил провести эксперимент и заставлял своих протеже не только убивать способностями, созданных им, возвышенных сущностей, но и пожирать их плоть — его догадка оказалась верной — каждому до возвышения хватило убить и съесть плоть всего трёх, созданных им, возвышенных, но вот остальных атрибутов возвышенного, как и сам факт их перерождения, пришлось подождать.