– Как только будет время, сиятельная! – заверила мачеху я, надеясь, что времени у меня не будет.
– Заходи, расскажешь нам о своих делах. Нам же с девочками было бы интересно! – царица отчего-то хихикнула. «Девочками» она, очевидно, называла Оймин, Мейрит и Иллит – младших жен Маарш-а-Н'мах-Ишана. Из них я иногда видела лишь Оймин, мать Тейен и Ануриммин. И если по озорным сестричкам я немного скучала, то с этими женщинами мне нечего было делить.
Я снова слащаво улыбнулась.
– Мои дела – тайны храма, сиятельная. Их непосвященным знать не положено. А вот Тейен и Ануриммин самое время обучаться божественному служению. Лучшей долей для них будет милость Великой Матери!
– Подождем возвращения владыки с этим, – отмахнулась от моего предложения царица. – Девочки еще слишком молоды.
Она наконец-то замолчала и принялась за еду. Я облегченно вздохнула. Как же хотелось покинуть пир, отправиться к себе и заснуть, но это было невозможно.
Внезапно какой-то шум отвлек всех от музыки и веселья. В залу буквально влетел облаченный в боевые доспехи Сельмиш-ина, а с ним десяток вооруженных солдат. Пирующие сановники недоуменно воззрились на них, а Нинмах поднялась со своего ложа. Я последовала ее примеру.
– Владычица! – выдохнул военачальник, – Во дворец следуют степные кочевники! Их вождь Сайгур требует встречи с владыкой Маарш-а-Н'махом! С ним почти две сотни воинов.
Царица на мгновение опешила, но тот час же взяла себя в руки.
– Что ты намерен делать, Сельмиш-ина? – протянула она. – Разве это не твоя забота, оградить нас от этих степных псов?
Военный замялся. Его замешательство прервал седовласый Шамунт.
– Я думаю, что мы, ближайшие советники, должны выйти к ним и выслушать. Сиятельные же владычицы будут безопасно укрыты здесь. Надеюсь, ты способен обеспечить нам должную охрану, даже если степняков так много? – вельможа поднялся, подошел к Сельмишу и ожидающе глянул на других сановников.
– Ну? – не слишком учтиво поторопил он остальных.
– Я обеспечу сопровождение. Мы остановим их у дворцовых ворот! – командир отдал несколько приказов сопровождавшим его воинам. Несколько солдат мгновенно исчезли в дверном проеме.
Сановники с явным страхом выбирались из-за стола. Никто из них не горел желанием встречаться с нагрянувшими так внезапно кочевниками.
Я тоже поднялась.
– А могу ли я узнать, уважаемый Сельмиш-ина, почему такой большой отряд появился в Ассубе так внезапно? – мой вопрос прозвучал громко и резко. – Как они миновали пограничные отряды?
Главнокомандующий карешским войском удивленно повернул голову и посмотрел на меня так, словно это заговорило мое кресло. Я ждала, а он сверлил меня презрительным взглядом.
– Я жду ответа! Думаю, что ответ на этот вопрос интересен всем.
Теперь на Сельмиша смотрели и сановники.
– Сейчас нет времени объяснять, сиятельная царевна, – медленно произнес он. – Отряд Сайгура пока настроен мирно, но настроение у степняков переменчивее ветра. Нам нужно поспешить! А вы оставайтесь и ни о чем не беспокойтесь.
Шамунт-аба посмотрел на меня и что-то шепнул стоявшему рядом Уммату. Тот согласно кивнул и направился ко мне.
Я все еще сверлила взглядом могучую фигуру Сельмиша, но тот уже что-то тихо говорил стоящему рядом воину.
– Могу ли я проводить вас в покои или вы предпочтете остаться здесь? – самым спокойным тоном сообщил мне мой извечный сопровождающий. Я хотела было сказать ему что-нибудь резкое, но заметила, что он мне подмигнул, воспользовавшись тем, что сидевшая рядом Нинмах-аша неотрывно смотрела на толпу у входа. Это было неожиданно.
– Я бы предпочла побыть у себя, – путь был неблизкий и я успею выведать у вельможи, что он задумал.
Дождавшись, когда советники отца и воины уйдут, я решительно направилась прочь. Уммат-аба последовал за мной. Дорогу до своих покоев я знала великолепно, но идти туда не собиралась. Сделав пару поворотов, я остановилась.
– Мне показалось, или ты хотел мне что-то сказать, почтенный Уммат?
Сановник склонил голову и заговорил:
– Госпожа, благородный Шамунт просил предать вам, что он и сам хотел узнать ответ на ваш вопрос, и время этому придет. Сейчас же, если пожелаете, я могу проводить вас в такое место, откуда вы сможете увидеть все, что будет происходить у ворот. Хотя слышно оттуда будет немногое.
Я согласно кивнула, понимая, что альтернативы у меня нет. Мое появление перед кочевниками повлечет одни неприятности.
Пока мы поднимались по узкой темной лестнице на крышу, делегация советников уже чинно выстроилась на нижней ступени лестницы, окруженная двумя рядами стражи, державшими факелы и копья.
Толпа кочевников уже ввалилась в ворота, назвать это отрядом никак не получалось. Впереди этой толпы ехали трое, облаченные в меховые плащи и шапки, наполовину скрывавшие лица. На поясе одного из них висел бронзовый клинок в богатых ножнах, а на груди – массивное золотое ожерелье.
