– Сиятельная царевна сделала многое, – сказал он. – Но многое предстоит сделать. К нам приходил сам Сайгур – один из сильнейших воинов степи. Все из вас его слышали! Нам нужно выиграть время, пока владыка не вернется. Нужно откупиться от него. За это время мы соберем войска с южных и западных земель! Для того, чтобы отогнать кочевников, нам нужно больше воинов.
– Солдатам нужно платить, Сельмиш-ина! – охнул смотрящий за доходами. – А у кочевников и взять нечего!
– Владыка оставил такое указание, благородный Мухра, – пояснил Шамунт-аба. – Еще утром гонцы отбыли с указом. Боюсь, могучий Сельмиш, тебе придется разбираться с воинами Сайгура имеющимися силами. Я поддерживаю требование царевны Юилиммин о том, чтобы пленники были возвращены. Надеюсь, остальные советники тоже.
Сановники одобрительно зашумели поддерживая. Между тем, в дальнем конце зала послышалась возня. От входа, с легкостью миновав охрану, шел широкоплечий мужчина. Я почувствовала прилив радости, узнав эту фигуру.
Асмат-ина, лишь слегка прихрамывая, шел по центральному проходу. Солдаты почетного караула изумленно переглядывались. Лицо Сельмиша сделалось странным, вытянулось и побледнело. Я перевела взгляд на Нинмах. Женщина холодно смотрела на генерала. Так холодно, что от ее взгляда можно было превратиться в лед.
Бывший глава моего отряда подошел к лестнице и поравнялся с военачильником, смерил его нехорошим взглядом и застыл, ожидая.
Все это время я продолжала стоять и сейчас, не в силах сдержать радости, сделала несколько шагов вниз, приветствуя гостя.
– С возвращением! Я рада, что твои силы вернулись к тебе, – сказала я и обратилась к Шамунту. – Храбрый Асмат-ина – еще один выживший после того страшного нападения. Я прошу, чтобы ему позволили находиться в числе моей охраны.
– Как пожелает сиятельная! – ответил за сановника главнокомандующий. – Я не вижу нужды в этом раненом воине. Возможно, он сможет хоть чему-нибудь научить вас.
Лицо Асмата, в отличие от моего, осталось непроницаемым. Он привык сохранять невозмутимый вид. Но мышцы воина напряглись, и он еле заметно перенес вес тела на другую ногу. Давным-давно, в детстве, я почти два года ходила на единоборства и понимала, что из такого положения гораздо удобнее нападать. Сельмиш тоже напрягся. Несмотря на то, что генерал был мужчиной крупным и мускулистым, он проигрывал Асмату по габаритам. Только незажившие раны телохранителя делали его менее смертоносным. Я вспомнила, как легко он сражался сразу с двумя нападавшими, пока одна дурочка его не отвлекла. От стыда запылали щеки. Возможно, его раны – моя вина.
Между тем Уммат-аба подошел к прибывшему воину и жестом указал ему следовать за собой. Телохранитель взглянул на меня и, получив ответный кивок, удалился с моим распорядителем.
– Думаю, на сегодня мы решили все вопросы, – произнес Шамунт-аба, оправив расшитые одежды. – Несравненная Нинмах-аша и сиятельная Юилиммин-даша, наверное, устали. Да и всем стоит отдохнуть… Всем, кроме храброго Сельмиша-ина, меня и еще нескольких советников, которым есть, что обсудить. Мы гораздо лучше сиятельной царевны разбираемся в стратегии и желаем выслушать о планах по защите Кареша от кочевых племен.
Сельмиш выглядел кисло, плечи опустились, и, казалось, даже его нагрудник уже так не блестел. Нинмах-аша, бледная и злая, словно гадюка, смерив всех присутствующих ледяным уничижающим взглядом, удалилась вместе со своей охраной. Защищать любовника при всех царица явно не собиралась.
Мне пришлось поступить так же. Уммат-аба, как ни странно, обнаружился в коридоре. Сохраняя полное молчание, мы дошли до покоев, где у входа, несмотря на дневное время, дежурил Гаруул.
– Асмат-ина вернулся, – бросила я, проходя мимо. Самирский шпион довольно ухмыльнулся в черную бороду. Я же сделала вид, что эта фраза предназначалась моему спутнику, а потому продолжила:
– Уммат-аба, можно ли проводить его в мои покои? А еще пошли за жрицей Каи. Я хочу, чтобы она лично осмотрела его раны, – на самом деле, присутствие целительницы снимало целый ряд неудобных вопросов, позволяя поговорить с бывшим телохранителем приватно. В противном случае недоброжелатели нашли бы повод для грязных слухов, а в том, что они у меня были, сомневаться не приходилось.
Чтобы избежать лишних глаз, я позаботилась о том, чтобы гостей провели через внутренний дворик, а своих любопытных служанок отправила по делам. Гаруул присоединился к «военному совету» сразу, как сменился.
