— Спасибо, сэр, — Драко кивнул. — Я пойду. Хотелось бы перед уходом набросать хотя бы тезисы для отчёта.
— Да-да, конечно.
Драко развернулся на пятках и вышел. Его не покидало странное ощущение пустоты. Чего-то не хватало в Министерстве, в Лондоне, на островах, во всём мире. Полностью погружённый в эти мысли, Драко спустился в Отдел Тайн, вошел в свой кабинет, да так и замер на пороге.
Его стол, заваленный бумагами и перьями, стоял посреди слишком просторного для одного служащего кабинета. Всё было точно так же, как он оставил перед отъездом: раскрытый справочник древних рун, карты, атласы как Земли, так и звездного неба, пергамент с длинным столбцом расчётов свисал со стола. И все же чего-то не хватало. Тут мог бы легко поместиться второй стол, за которым работал бы тот предполагаемый напарник, что взял в экспедицию «Историю Хогвартса». Драко со вздохом уселся за стол, подвинул к себе чистый пергамент и вывел на нём единицу. Первый тезис никак не желал формулироваться, вместо него все мысли занимал другой вопрос: кто же был первым в рейтинге школы?
========== Глава 4 ==========
До самого обеда Драко так и не смог выдавить из себя ни одного тезиса. Единица укоризненно чернела на пергаменте и, казалось, вот-вот заговорит:
«Лентяй и бестолочь! Не можешь какие-то несчастные тезисы написать!»
Голос единицы представлялся по-настоящему строгим, а не таким смешным, как у Пенелопы Кристал, но он должен был звучать моложе, чем, например, голос МакГонагалл. В конце концов, Драко вспылил, смял пергамент и бросил его в корзину для бумаг. Часы пробили полдень, Драко встал и вышел прочь. Он так и не сказал Пенелопе, что отправляется к МакГонагалл после обеда, потому тихо стукнул в дверь её кабинета и аккуратно приоткрыл её.
Пенелопа сидела за своим столом и роняла слезы на пакет с сандвичами.
— Что случилось? — Драко вмиг стало некомфортно. Он ненавидел женские слёзы, потому что никогда не знал, связано их появление с ним или нет. Даже если причина кроется в чём-то другом, только подай голос — и тебя тут же приплетут. Не спросишь, в чём дело — тоже плохо: окажешься бесчувственным чурбаном. В случае Драко было проще, он, как и остальные военные преступники, уже три года был повинен во всех бедах людских, так что от одного раза хуже бы точно не стало.
— Пенелопа, — снова позвал он. — В чём дело? Кингсли опять что-то хочет?
Она покачала головой.
— Это из-за меня? Прости, у меня и правда не хотят складываться слова для отчета. Я доделаю, не переживай.
И с чего он вообще решил её утешать? Неужто программа социализации принесла первые плоды?
Пенелопа сорвала с одного из сандвичей оберточную бумагу и бросила Драко. Тот поймал пергамент и с удивлением обнаружил, что это газета.
«Поздравляем Перси и Одри Уизли с бракосочетанием», — озадаченно прочитал он.
— Серьёзно? Ты рыдаешь из-за Уизли?
— Одри Холт! — прорычала сквозь зубы Пенелопа. — Будь ты проклята, дорогая подруга!
— Эй! — Драко обошел стол и потрепал ее по плечу. — Он не стоит твоих слез. Смотри.
Он скомкал газетный лист, подбросил вверх и поджег заклинанием. Промасленная бумага вспыхнула и рассыпалась черными хлопьями пепла.
— Вот и нет больше ни Перси Уизли, ни Одри Холт. А ты есть.
Пенелопа всхлипнула и принялась убирать пепел с сандвича.
— А теперь по поводу меня. Я вчера договорился с МакГонагалл, что она поможет мне с повторными исследованиями песка. Нужно досконально всё проверить, прежде чем собирать экспериментальную модель. И уж тем более прежде, чем экспедиция Кингсли начнёт масштабную разработку месторождения.
— Что? — Пенелопа, похоже, забыла, что у неё сердце разбито.
— Да, Кингсли собирается добывать этот песок постоянно. Уже распорядился, чтобы Отдел Международного магического сотрудничества начинал подготовку к переговорам с Бразилией.
— А у нас ещё гиппогриф не валялся!
— И поэтому мне поможет МакГонагалл. Мы вчера договорились, что я появлюсь в школе после обеда. Она уже ждёт, так что я пойду.
— Да, хорошо, — растерянно пробормотала Пенелопа. — Я после обеда загляну к Кингсли. Мне кажется, он слишком уж увлекся и теперь форсирует события.
— Надеюсь, он тебя послушает, — выдохнул Драко и вышел.
На сей раз он решил не перемещаться сразу в кабинет к директору, а заглянуть для начала в Хогсмид и немного перекусить. Сутки, проведённые впроголодь, давали о себе знать.
Мадам Розмерта смерила его недоумённым, даже в некоторой мере озадаченным взглядом, но порцию горячего рагу всё же принесла и быстро вернулась за стойку, откуда стала с опаской наблюдать, как Драко ест. Не то чтобы это портило аппетит — его сейчас, похоже, ничего не могло испортить — но всё равно было слегка некомфортно. Драко быстро доел, расплатился и вышел на промозглый октябрьский ветер.
«Если что и было хорошего в Бразилии, так это погода, — думал он, подняв ворот мантии повыше. — Зато поел. Вряд ли МакГонагалл распорядилась бы подать мне обед».
Двери замка были приоткрыты, словно приглашали войти, и Драко не стал сопротивляться.