Куда бы они ни пошли, везде они видели больных, на кумаре, торчков, пытающихся замутить чек или вырубить денег, и когдаим удавалось чем-нибудь разжиться, они тут же уходили, чтобы побыстрее «подлечиться», но бывало, что они умирали, и мертвые тела находили в подъездах или в глубине заброшенных домов. Как и все остальные, Тайрон и Гарри не обращали на трупы никакого внимания, кутаясь в свои куртки и свои проблемы, ничего не говоря друг другу, стараясь сохранить побольше энергии для поисков барыги. Потом они находили «лекарство» и разбавляли героин, насколько возможно, и скидывали, сколько получалось скинуть, и снова начинали поиски.
Когда Мэрион оставалась дома одна, она доставала из заначки пакетики и гладила их, наслаждаясь чувством силы и безопасности, которые она в тот момент ощущала. Она встречалась с Большим Тимом пару раз в неделю. Теперь она говорила Гарри, что он дает ей только шесть пакетиков, и поэтому ей приходится ходить к нему чаще. Гарри даже не затруднялся задаться вопросом, правда это или нет, он просто брал себе три чека, не ставя в известность Тайрона, и каждый раз, когда героин покупал он, несколько чеков зажимались от Мэрион, при этом угрызения совести быстро растворялись в героине.
Иногда Мэрион натыкалась на свои альбомы для рисования и карандаши, и воспоминания об их планах насчет театральной кофейни, и смутные обрывки событий прошлого пытались пробиться на поверхность ее сознания, но она быстро загоняла их обратно, глядя в телевизор и думая о своей заначке. Несколько раз приступы раскаяния были вызваны видами солнечной Италии в рекламе чинзано, но она просто напоминала себе, что все это в прошлом, а жирный чек в любом случае лучше, чем куча воняющих чесноком итальянцев.
