Кейлех улыбнулась уголками губ, продолжая следить за тем, чтобы
Вот он — злодей, который хочет поговорить. Только, вряд ли он демон так соскучился по разговорам по душам. Как он там сказал?
Но его место занял дират Веллер Варинтейн…
— Остановитесь! Это ловушка!!! — проорала Кейлех вслух.
Как раз вовремя, ибо Эрнан уже занес кинжал над своей ладонью, готовясь полоснуть лезвием. Еще чуть-чуть и капли княжеской крови брызнули бы на контур. И княжеская кровь, проявившаяся в единственном подобном лотаре, должна была бы разъединить тело и освободить сущьность демона… Только где была гарантия, что ритуал пойдёт правильно, что как раз такой расклад и не нужен твари Бездны. На секунду Кейлех усомнилась в разумности своих рассуждений. Всё-таки Верховные Жрецы не могли ошибаться. Но едва зародившийся червяк сомнения был уничтожен действиями Эрнана. Не раздумывая, лотар встал и метнулся в сторону, где, почти невидимый в полумраке, на полу стоял саквояж (Кейлех жаже не обратила не него внимание). Эрнан откинул крышку, аккуратно вытянул на свет старинный свиток и развернул его. Слегка капнув кровью из уколотого пальца на край пожелтевшей бумагу, он зло произнёс:
— Это подделка.
Глава 14
Кейлех всё еще не отпускала контроль над
— Ты уверен? — спросил один из анданов. Кажется, это был Верховный Жрец воинственного Эсидиса.
— Да, — Эрнан кивнул на свиток, — Когда описывались подобные ритуалы, то для верности и сохранности в чернила добавлялась капля княжеской крови. Мы, те, в чьих жилах течет княжеская кровь, можем определить наличие подобной крови как у людей, так и в предметах. Это даже не магия, не сила, это заложено в наших ипостасях. В данном случае капля моей крови просто бы начала хоть немного двигаться к буквам.
В голове Кейлех ручейком побежали мысли. Большая вероятность была, что свиток подделывал именно демон. И, видимо, после длительного пребывании в теле княжича, кровь последнего стала «портиться». Наверное, так сказывалось влияние демоновой магии.
Если не лже-Сантар подделал свиток, то он не исключал варианта, что его поймают. Или он намеренно дал себя поймать? Но зачем? Ответ пришел сам:
Ручеёк мыслей превратился в горную каменную реку, сметающую всё на своём пути.