Андрей Сорнсен сидел перед монитором в каюте Скайлы, подняв ноги на стол, уперев подбородок в колени. Он словно застыл после того, как они просмотрели кассету из госпиталя. Печаль и задумчивость ясно отпечатались у него на лице.
Скайла больше не могла выдержать и спросила:
— Ну?
Андрей глубоко вздохнул и искоса глянул на нее карими глазами:
— Как ты набралась смелости просмотреть эту кассету? Зная, что это очень интимный момент жизни Лорда Командующего?
Скайла рассвирепела:
— Знаешь, ты здесь не затем, чтоб читать мне мораль. Я хочу знать, что Претор сделал Стаффе в той госпитальной палате.
Андрей пожевал кубами и слегка присвистнул:
— Ты знаешь, я изучал Стаффу, тайком, конечно. Его холодная беспристрастность всегда интересовала меня. И то, что Претор назвал его машиной, мне многое объяснило,— Андрей сверкнул глазами, встретившись с ее нетерпеливым взором.— И ты знаешь, что он был машиной?
Скайла уточнила:
—Был? В прошедшем времени?
Андрей кивнул:
— Компьютер, повтори, пожалуйста. Скайла внимательно посмотрит. Это потрясающе. Блестящие психологические исследования.
Скайла смотрела на экран, слушая разговор Стаффы и Претора в палате.
— Останови.— Андрей указал рукой на монитор.— Вот, здесь Претор дает первую разгадку тому, что он сделал. Он говорит Стаффе: «Я твой создатель». И вот второй ключ: «То, что хозяин сделал, он может и уничтожить»,— обрати внимание. Посмотри на старика. Он тайно злорадствует, наслаждается, уверенный в успехе своего, возможно, последнего и самого горького момента в жизни — но он вместо страданий почти ликует. А Стаффа всего этого не замечает. Ему следовало проявить больше осторожности.
Скайла покачала головой:
— Это так на него непохоже.
Андрей невесело улыбнулся:
— Именно так. Ты видишь, как Стаффа сам идет в расставленные сети. Претор использовал слово «создатель». Так он выдернул первый кирпичик из защиты, блокирующей эмоции Стаффы. Теперь, смотри, что из этого получилось: Претор еще раз хвалится своей способностью разрушить, уничтожить Стаффу. Он просто включил его хорошо зная, что происходит в разуме Стаффы
Видишь? Он воздвигает фундамент для чувства вины, которое и погубит Лорда Командующего, как только гипнотический блок будет снят.
— Останови,— Скайла приказала, уставившись на экран.— А что это за бизнес «людей»? Что это Претор собирается предпринять?
Андрей всмотрелся в глаза Претора:
— Это ловушка. И неважно, уважает Стаффа Претора или нет, старый наставник говорит Стаффе, что у него есть слабые стороны. Ты знаешь Лорда Командующего как никто. Какой должна быть его реакция?
— Он будет действовать немедленно, чтобы скорректировать недостаток,— внутри у Скайлы что-то екнуло.— Ну, конечно, только так.
Андрей поднял голову, встрепенулся:
— Это задевает тонкие струны души, его чувствительность?
— Он расспрашивал меня о... как поступают другие люди,— она оперлась на стол и закрыла глаза.— Так вот что он сделал. Стаффа, ты дурак! Ты сыграл ему на руку!
— Но он же не знал этого,— мягко ответил ей Андрей.— Вот самая критическая часть. Крисла и ребенок постоянно мучали его столько лет. Вспомни, его эмоции были подавлены, так что и Крисла и сын превратились в миф для Стаффы. Поэтому, когда Претор говорит, что он не только отнял у Стаффы счастье, но продал его сына, поработил и изнасиловал его жену,— вот именно это разрушило последний кирпичик в стене, перевернуло и выпустило на волю все его эмоции, противоречивые настолько, что Стаффа просто не знал, что с ними делать.
— Но он же не стал рыдающим идиотом-слизняком,— запротестовала Скайла.
Андрей подтвердил:
— Конечно, нет. Его мозг достаточно тренирован и подготовлен для решения проблем на высоком логическом уровне — работающего полушария мозга, если хочешь. Такие установившиеся связи нервной системы охраняли его, не давали превратиться в берсеркера, неистового убийцу, но такие связи не могут доминировать все время. Его мозг был заполнен новыми стимулами, которые повлияли на его способность принимать решения.
Скайла скрестила на груди руки и сжала зубы:
— Ему будет все хуже? Пока он не превратится в сумасшедшего? И это ты пытаешься мне вдолбить? Тогда Стаффа...
— Нет, Скайла,— он положил ей руку на плечо.— Подумай хорошенько об этом. Это результат вмешательства Претора. Большую часть своей жизни Стаффа жил с одной половиной своего «Я». Теперь внезапно была освобождена другая половина. Мозг — это замечательный и очень пластичный орган. Для Стаффы представляется отличный шанс интегрировать эти две половины и стать еще сильнее, чем прежде.
— Отличный шанс? Ты не считаешь это неизбежностью?
Андрей не шелохнулся. Скайла, задыхаясь, ловила ртом воздух, потом нервно стала вышагивать по комнате:
— А все эти оставшиеся ментальные крючки? Те, которые спрятаны в центрах его «Я»?
