- Да, - с какой-то горькой усмешкой кивнула Кейра, смотря на гобелен, что висел на противоположной стене и изображал две луны – алую и белую, - Я позаботилась об этом. Я поклялась, что отомщу его убийце. Своими руками отправлю его в Бездну, - уголки губ дрогнули, складываясь в неприятную усмешку. Аметистовые глаза Айне, такие же, как у сестры – фамильный цвет – изумленно и испуганно расширились.
- Прошу, не говори, что…
- … я сделала это у статуи, скрепив договор своей кровью, - закончила за неё Наследница ровным и уверенным тоном. Она прекрасно знала, что именно сотворила и какую плату может понести в случае нарушения клятвы. Но куда хуже была бы отнюдь не кара Высших, а ненависть к самой себе за бездействие. Кем бы ни был убийца, даже если бы его силы превосходили ее – она обязана превратить его жизнь в беспросветный кошмар.
Вместо того чтобы провести ритуал соединения, сегодня она в том же месте, в подвенечном платье принесла другую клятву. Этот день прошел практически так же, как она представляла его себе еще десять лет назад с единственным исключением: рядом не было Уалтара. Вместо его теплой, крепкой руки, пальцы Наследницы сжимали серебристую цепочку с кулоном в виде двух сплетенных лун. Ее душа, что она вручила любимому человеку. Символ ее вечной верности, что находился с ним до самого конца. По сложившейся традиции даже при смерти второй половины душа должна оставаться у того, кому была подарена. При всем желании цепочку бы не смогли снять с умершего: лишь он лично мог отказаться от нее, освобождая тем самым привязанного к себе человека. Но это в случае истинности цепи первородного брака.
Кулон старшей дочери рода Д’Эндарион соскользнул с шеи ее нареченного самостоятельно, когда обмывающие тело слуги невзначай задели застежку. Это могло значить лишь одно.
Их связь оказалась иллюзией.
- Если он не был тем самым, то зачем идти на такие крайности? – младшая сестра, которая уже была осведомлена обо всем вплоть до фальшивой цепи, как-то жалобно взглянула на застывшую каменным изваянием на собственной постели хозяйку спальни, - Не лучше ли продолжить искать? Возможно, на самом деле им является тот милый юноша, что на последнем балу с тебя глаз не сводил, а ты просто не разглядела этого? – ей не хотелось верить, что все действительно не имеет выхода. И она искренне не могла понять, почему сестра так хватается за иллюзорную цепь. Раз она оказалась не настоящей, значит, эта боль ненадолго, и уж действующая обычно в гармонии с разумом, а не бездумно слушающая сердце, старшая дочь рода Д’Эндарион должна была понимать сие лучше всех. Так к чему все клятвы? Дело в любом случае расследуют, если найдут хоть какие-то зацепки. Но ставить на кон свою жизнь…
- Влюбиться в человека? – на миг Кейра даже ожила, вскинув голову и позволяя увидеть в глубине потухших глаз какой-то странный огонек, тут же, правда, скрывшийся без следа, - Что за шутка такая? Единственное, на что годятся люди, кроме служения – существовать в качестве пищи, поскольку их страх очень даже неплох не вкус, - утешение, что ей попыталась предоставить Айне, взгляды на жизнь которой были еще по-детски чисты, для девушки оказалось лишь глупой шуткой. Помнила она этого парнишку, долгое время не решающегося пригласить ее на танец. Краснел, бледнел, заикался, но так и не осмелился. А ее человек без каких-либо способностей не интересовал совершенно. Он был бесполезен.
