А пока такой легкий флирт не является поводом для мучительной смерти, и они оба не вступили в брачный возраст, она будет развлекаться, наблюдая за его вспышками ярости и чувствуя, как он успокаивается вмиг от легкого прикосновения ее прохладных рук.
У нее еще есть время. Пусть и стремительно утекающее сквозь пальцы.
***
Ни одни похороны в мире не могли занять мысли Дэя настолько, чтобы забыть о главной цели его практически любого присутствия на светских приемах вообще. Уходя под руку с очередной дамой в сторону гостевых спален, расположение которых в особняке Д’Эндарион он успел уже изучить досконально, мужчина с разноцветными глазами пребывал в мыслях отнюдь не эротического характера, как на то надеялась его спутница, уже представляющая на своей шее брачное ожерелье и победно улыбаясь невидимым соперницам. О блестящей перспективе думала почти каждая девица, удостоившаяся внимания темноволосого мужчины, но ни одна не смогла приблизиться к оной ни на шаг. И отнюдь не потому, что некромант не стремился связать себя обрядом соединения или же не мог найти вечную супругу. Если бы не жестокое убийство более десяти лет назад, они бы сейчас готовились к свадьбе, ведь она как раз должна была достигнуть совершеннолетия. Не сложилось. Он даже попытался вернуть ее душу, но не успел на какие-то доли секунды. Всегда есть тот, кто влиятельнее. Тот, у кого власть над смертью сильнее. Тот, кто однажды обыграет человека, не привыкшего проигрывать. Дэй не планировал хранить верность до самого конца собственной жизни, но и список его постоянно сменяющихся любовниц начал расти отнюдь не от желания уйти в блаженное забытие с очередной незнакомкой. Так было нужно. Так был шанс. И он не успокоится, пока не произойдет одно из двух: либо он сможет вернуть к жизни свою нареченную, свою младшую сестру, чего не удавалось сделать еще никому за столько сотен лет, либо его поймают и жестоко казнят. Но вероятность последнего варианта, все же, была ничтожно мала. Это он знал с абсолютной уверенностью. И потому сейчас, запирая деревянную дверь на торчавший в замочной скважине ключ, он видел в обвивающей его шею девушке еще один маленький шажок к победе. А еще он обязательно отомстит той, что была повинна в смерти Районны, и сделает это с не меньшей жестокостью. Отберет по крупицам все самое дорогое, что у нее есть, как это сделала она. Заставит жить без единого луча света, как жил он. И не видеть конца своим мучениям, как никогда не наступит его пробуждение от бесконечного кошмара. Он поклялся в этом еще когда сжигал обезображенное тело сестры. Он не мог нарушить обещание.
Желтоглазая травница, имя которой он никак не мог запомнить – то ли Тис, то ли Лис, то ли еще что-то в подобном духе, похоже, была готова самолично его изнасиловать, лишь бы он перешел к действию, а не просто бездумно целовал ее и оглаживал покатое бедро, доводя до крайней степени возбуждения. А ведь казалась такой милой и скромной девочкой. Мужчина мысленно усмехнулся, вспоминая, на что способны некоторые тихушницы вроде нее, сначала просто невинно хлопающие ресницами и краснеющие от каждого случайного прикосновения, а потом устраивающие оргию, достойную лучшего публичного дома. Воистину, страшнее девственницы со строгими родителями и богатой фантазией зверя нет. Вот только Дэю куда интереснее был не столько вопрос ее навыков в общении с противоположным полом, сколько истинная магическая сила, любые блоки на которую срывались в момент эмоциональных пиков. Вот почему он предпочитал решать основную проблему именно после секса: только так он понимал, чего ждать от собственного эксперимента. Девчонка могла просто притворяться слабенькой травницей, едва способной на заговор от хвори: хорошее ментальное воздействие скроет даже архимага. А вот какое умертвие в итоге из нее получится при реальном уровне дара – это интересно. Именно поэтому, покрывая поцелуями молочно-белую грудь, щедро усыпанную веснушками (а лицо вроде чистым было, неужто «гламор» навела?), некромант пристально следил за магическим фоном девочки. Жиденькие бледно-зеленые волосы уже не желали держаться в подобии прически, а желтые глаза подернулись пеленой. Она уже даже не сдерживала стоны, изначально пытаясь еще хоть как-то стыдиться демонстрации своего состояния, но после того, как мужчина скользнул по внутренней поверхности бедра рукой, дотрагиваясь до влажного лона, похоже, забыла про свою «маску». Дэй же откровенно скучал, пропуская мимо просьбы перейти к главному: тусклое желтовато-серое свечение, окружавшее девчонку, даже несмотря на все приближающийся экстаз, оставалось таким же вялым, готовым вот-вот угаснуть, вместо того чтобы активнее разгореться. Воистину зря только на нее время тратил, похоже. Пустышка.
