Реликты лета полностью

В лесу было тихо, точнее, здесь не было людей – я точно знал это. Пение разноголосых птиц, шёпот насекомых и шелест травы немного успокоили меня. Однако старый лагерь был ценен в основном тем, что под ним располагалось бомбоубежище! Там тепло, есть электричество, в этом цикле там есть сухпайки. Значит, я смогу спрятаться и переждать. Я отчаянно гнал от себя мысли о том, что то, что я пытаюсь переждать, не закончится никогда. Мне просто хотелось покоя, тишины и безопасности. Хотелось хоть на какое-то время отключиться от бесконечных внешних раздражителей, от бесконечной тревоги и страха, которые занимали весь объём сознания, мешали двигаться, думать и даже правильно дышать.

В этот раз всё необходимое в бомбоубежище оказалось на своих местах. Я лёг на кровать, закрыл глаза и провалился в сон.

Никогда не любил спать в полной темноте, хоть врачи и говорят, что это полезно. Конечно, помещение освещала тусклая лампочка, но здесь не было окон. Не было у меня и часов. Сколько прошло – час или сутки? Однако чувствовал я себя на удивление отдохнувшим, сознание прояснилось, и в голове появились какие-то мысли помимо тревоги.

Что же такого в действительности произошло? Неужели все пионеры на площади на самом деле так смотрели на меня? Может, мне просто показалось и это всё был просто делирий? Однако воспоминания, которые начали приходить как редкие капли дождя осенним вечером, быстро уверили меня в обратном. Пионер, та девка, весь этот лагерь! Этот мир враждебен! Его единственная цель – мучить меня и получать удовольствие от моих страданий!

Затем я почувствовал голод. Если я здесь надолго, то стоит провести ревизию имеющихся запасов. Костюмы химзащиты, противогазы и различная аппаратура вряд ли пригодятся мне в ближайшее время. Я разложил сухпайки на столе, поставил рядом канистры с водой. Наверняка её можно пить, если уж в этом мире всё обновляется раз в неделю. Сухпайков оказалось штук двадцать, чего должно было вполне хватить на шесть дней.

Я продолжил исследование бомбоубежища и в одном из шкафов в глубине нижней полки за коробкой с бинтами нашёл маленький фонарик. Тонкий цилиндр толщиной примерно в два пальца и длиной сантиметров десять-двенадцать был чем-то похож на располневшую лазерную указку. Я покрутил его в руках и нажал на кнопку включения, но на первый взгляд ничего не произошло. Однако я присмотрелся и увидел, что в дальней стенке шкафа образовалась небольшая дыра.

– Да что за херня?!

Я взял коробку с бинтами, поставил её на стол и включил фонарь. Коробку прошило насквозь, но небольшое отверстие возникло также и в стене бомбоубежище, на которую смотрел фонарик.

– Это что, лазерный меч, что ли?!

В ходе последующих экспериментов выяснилось, что фонарь может резать совершенно любые предметы, в том числе камень и металл, а длина его луча явно превышала размеры комнаты бомбоубежища. Срез получался не больше миллиметра толщиной, однако самого светового луча видно не было, словно он состоял не из фотонов, а из каких-то других частиц.

В принципе, эта находка ничего не меняла в моём положении, но всяко разнообразие! Я сидел за столом и шинковал чудо-фонарём галеты на тонкие кусочки, игнорируя тот момент, что от этого на стене передо мной оставались следы в виде тонких порезов. Что ещё подкинет мне этот безумный мир?

«Но подождите. Этот фонарь – идеальное оружие!» – Мысль, внезапно стрельнувшая в моей голове, сама собой обрела форму возгласа.

Наконец я смогу защитить себя от врагов, которые окружили меня со всех сторон! Теперь-то они точно поймут, что со мной шутки плохи! И если они воскреснут в следующем цикле, то я достану их и там! И та девка даст мне все ответы, она выпустит меня из этого чёртового «Совёнка» и вернёт в реальный мир! В конце концов, разве я поступаю неправильно? Я просто адаптируюсь к среде, пытаясь выжить! Даже дедушка Дарвин говорил, что выживает самый приспособленный. И если я, как и раньше, буду неправильно воспринимать своё окружение, то мне кирдык! Да, точно, в этом и проблема! Просто раньше я не понимал, насколько опасно это место и его обитатели! Занимался всякими глупостями вроде обходного листа. Ведь именно сейчас я должен бегать с обходным по лагерю. Если этот мир не хочет меня отпустить по-хорошему, я его заставлю!

Ощущение времени в этом месте теряется постепенно, но чем дальше – тем больше. В один момент у меня появилось чувство, что я нахожусь здесь несколько дней, однако, судя по физиологическим процессам моего организма, прошло не больше пары часов. Интересно, как пионеры на площади отреагировали на моё поведение? Неделю назад в подобной ситуации мне наверняка было бы стыдно, я бы тревожно ждал нравоучений от вожатой, бесконечно прокручивая в голове случившиеся и собственные действия и слова. Ведь вот здесь я сказал не то, а вот тут не так посмотрел! А вот если бы в тот раз я бы сделал всё немного иначе, то тогда бы…

– Тьфу! – Я покрутил в руке фонарик и посмотрел на искромсанную стену перед собой.