- Ага, завидую, - как-то кисло отозвался Сириус.
Нарцисса вгляделась внимательно в его лицо и оттащила немного в сторону:
- Что случилось?
Тот пожал плечами и хмуро сказал:
- Они меня совсем достали… Собираюсь уйти из дома.
Нарцисса в ужасе округлила глаза:
- Ты с ума сошел? Тебе же еще два года учиться в Хогвартсе! Где ты собираешься жить?
- У Джеймса, где ж еще? – хмыкнул Сириус. – Его родители с радостью примут меня.
Гарри с помощью волшебной палочки вернул воспоминания Нарциссы в пузырек и положил его в мешочек. Прихватив альбом, он отправился в свою комнату: день, начавшийся у Уизли и продолжившийся у Малфоев, оказался слишком насыщенным и выматывающим. Кое-как раздевшись и бросив одежду в кресло, Гарри пошел в ванную, благо при переделке дома Кричер закрыл вход в нее из коридора и сделал из спальни хозяина. Хотелось расслабиться в горячей ванне, но Гарри побоялся, что может заснуть, поэтому принял душ и, надев пижаму, залез в постель.
Опершись спиной о подушку, он положил на колени альбом и снова открыл его; на каждой странице была одна колдография, и Гарри с трепетом в сердце разглядывал их. В основном там был Сириус, изредка с Регулусом или взрослыми родственниками, иногда с Нарциссой или Джеймсом. Гарри нежно касался кончиками пальцев каждой колдографии, он чувствовал, как что-то распирает его горло, а к глазам подступают слезы. Ему хотелось немедленно вернуться в Малфой-мэнор и от всего сердца поблагодарить миссис Малфой за бесценный подарок, но стояла уже глубокая ночь, и подобный визит, скорее всего, показался бы хозяевам неуместным.
***
К величайшему неудовольствию Ромулуса, неожиданно ввалившийся в дом Титу помешал ответить Дами на такой животрепещущий вопрос.
- Быстро ты, - тщательно маскируя свое раздражение, «восхитился» Ром.
- Так специально спешил же, - воскликнул Титу. – Братишка, иди глянь, что я купил!
Титу пошел в комнату и принялся разгружать тяжелый брезентовый рюкзак. Здесь были и шутихи, и беззвучные магические фейерверки, и с десяток пачек бенгальских огней; кульки со сладостями Титу сразу припрятал в буфет, а еще один сверток даже доставать не стал – вместе с рюкзаком засунул под свою кровать.
Активная подготовка к празднику продолжалась, Титу постоянно помогал брату, буквально ни на минуту не оставляя его одного. Ромулус стискивал зубы от невозможности получить ответ прямо сейчас, жалобно смотрел на Дамьяна и выполнял его различные поручения. То, что встречать Новый год он будет с братьями, было уже давно решено, поэтому у себя дома он ничего не делал, да и ходил теперь туда только ночевать.
Титу прочно обосновался на кухне, помогая Дами разделывать мясо, и судя по всему, в ближайшие пару часов не собирался двигаться с места. А у Рома были еще дела, потому он, испустив тяжкий вздох, пошел к их старому мастеру-резчику, который еще отца братьев обучал. К его величайшему негодованию, на обратной дороге он встретил Титу. Тот весело оскалился и показал лукошко яиц, пояснив:
- Мелкий послал, чего-то ему там не хватает.
Да что ж за невезуха такая! Почти два дня глаз не спускал с Дами, дожидаясь, пока Титу себе найдет дело за пределами дома, но стоило выйти на пятнадцать минут, и тот тоже сразу ушел, оставив Дамьяна одного!
Время шло к полуночи, стол всё еще ломился, хотя они уже понаедались так, что казалось, уже и крошечного кусочка в себя не впихнуть, но Дами в очередной раз приносил что-то новое, свежее, горячее, и всё начиналось заново. За несколько минут до начала Нового года вышли на улицу, там соседи уже вовсю запускали фейерверки и салюты.
Неожиданно небо расколола тоненькая огненная змейка, помчавшаяся вверх, и еще одна, и еще! Они неслись с земли параллельно друг другу, сияющие разными цветами, и вдруг расщепились, разветвились и распались тысячью мерцающих звезд, затмивших настоящие. Звезды вспыхивали и распадались чудесными мигающими точками, переливались и падали разноцветными капельками вниз, вниз, и таяли, оставляя в душе радостное ощущение счастья. Так прекрасен был этот фейерверк, где были и чудные красные птицы-фениксы, вспыхивающие алым и осыпающиеся вниз золотыми искорками. Были там и желто-оранжевые лисы, бегающие друг за другом по небу и тоже превращающиеся в восхитительно-сверкающий дождь из падающих цветов и переливающихся разноцветных снежинок.
Дами, подняв голову, любовался на эту красоту, а Ромулус не мог оторвать глаз от его лица.
- Так что, - нерешительно начал он, - ты подумал?
Дами перевел на него удивленный взгляд.
- Ну… я тебе на днях встречаться предлагал. Ты подумал?
Дами похлопал густыми ресницами, делая вид, что никак не может вспомнить, о чем речь. В его черных глазах, казалось, отражались не только салюты, а все звезды мира.
- Даже и не знаю, - наконец сказал он, - ты такой весь легкомысленный, то за магом бегаешь, за Гарри, теперь возле меня хвостом крутишь. Не, мне серьезные отношения нужны.
- И что, уже есть кто-то
- Может и есть… - Дами отвлекся на пролетевшего над головой искрящегося дракона.
