Она так и этак крутила яблочный огрызок в поисках спрятавшейся сладкой мякоти. А мысли сделали очередной, не очень приятный поворот: с пропавших к сожалению где-то в бушующей столице наёмников до добровольно ушедшего от них капитана гвардии РоГичи, уведшего от них погоню… Отца убитого у неё на глазах младшего сына, Меньи, так и не состоявшегося её первого рыцаря. Находясь в повозке, она слышала, как гвардеец расспрашивал многих о судьбе сына, который, как тот знал наверняка, на момент переворота находился во дворце… У принцессы и кардинала, свидетелей гибели, он слава Единому то ли не успел, то ли постеснялся спрашивать. Неизвестно, как Его Преосвященство, но Руфия брать на себя такой груз и ответственность не смогла и позорно и малодушно пряталась от капитана…
Какой-то, пока невнятный шум насторожил её, и она замерла, прислушиваясь и чуть пригнувшись — не хватало, чтобы вот так внезапно рассекретили её гнёздышко. О том, что после того, как её заметит кто-либо, это перестанет быть тайной, она не сомневалась, учитывая скорость распространения слухов на постоялом дворе. Это конечно не огромный королевский дворец, в котором новости разлетались наверное быстрее огня, тем не менее…
Донёсся хруст ветвей откуда-то из-за угла дома, тщательно засаженного сливами и вишнями… Тяжёлая неторопливая поступь, и волосы на голове девочки зашевелились… На тщательно утрамбованную площадку, куда выходило правое заднее — если смотреть на главный вход — крыльцо дома — гостиницы вышел здоровый рыжий тролль…
Руфия, частично скрытая кустами и поленницей, окаменела.
Гигант в неизменной короткой безрукавке с открытым торсом, с застрявшими кое-где листьями, в том числе, в бронзовой шевелюре, остановился, рассматривая стоящие перед ним деревья, чуть задрав голову. Краем сознания девочка с некоторым облегчением сделала вывод, что тот пришёл полакомиться яблоками… а не за ней — таким образом пытаясь успокоить метущиеся панические мысли.
Она ясно видела — он находился от неё локтях в пятнадцати — как шевелятся крупные выразительные ноздри, слышала, как он шумно дышит, словно мощные кузнечные меха… И вдруг он посмотрел прямо на неё… Ещё оставалась надежда, что здоровяка заинтересовали ягоды, но после целенаправленных шагов и раздвинутых лопатообразной лапой с крепкими когтями, развеялась и она, словно дым позавчерашнего костра…
Невольно пригнувшаяся ещё больше Руфия, подняла голову и встретилась со спокойным, абсолютно безмятежным голубоглазым взглядом.
— Ага-а, жрать охота, — пророкотало существо, продемонстрировав огромные клыки.
— Вот, — пискнула девочка, словно в полусне протягивая в руке целое яблоко.
Пару ударов сердца тролль рассматривал её. Можно сказать, если абстрагироваться от происходящего ужаса, то Руфия по мимике определила бы чувство на лице гиганта, как недоумение. Потом лапа протянулась, ловко для её размеров и размеров плода, подхватила яблоко и неуловимо быстро забросила в пасть. Будто семечку.
— Вкусно-о, жрать охота.
Оцепеневшая, застывшая с протянутой рукой Руфия бессильно закрыла глаза в ожидании чего-то страшного… Замороженные мысли вяло толкались в голове… Зачем она сюда пришла… Лучше б её Лидия отыскала… Как она будет выглядеть с оторванной головой и обглоданной задницей…
Поднявшийся шум — словно ветер разгулялся — едва пробился в сознание. Она несмело открыла глаза. Никого рядом не было. Зато где-то неподалёку какая-то неимоверная сила терзала деревья. Она привстала на ослабших ногах и бросила осторожный взгляд в том направлении… Тролль трусил яблоню.
Это была чудесная возможность сбежать. Спастись. Но колени подогнулись, и она снова хлопнулась на мягкое место. Голова кружилась от неимоверной слабости, а сердце норовило выпрыгнуть… М-да, нет ничего героического помереть от испуга.
Эта мысль должна была как-то мобилизовать, но всё, на что её хватило — лишь вяло покачать головой. Она была словно в какой-то прострации, и сколько это длилось, вряд ли кто ответит. Но из ступора её вывел несильный толчок в плечо.
Разум прояснился, и… Руфия лицезрела склонившуюся над собой… расплывшуюся в довольной улыбке рожу тролля (как-то интуитивно она сумела опознать в этом чудовищном оскале, демонстрирующем неровные жёлтые зубы и здоровущие клыки именно такую реакцию)… и полную безрукавку вполне аппетитных яблок.
— Во-о-от, жрать охота, — как-то горделиво продемонстрировал тот свою добычу, и плюхнулся рядом на задницу.
Ступор покинул девочку, и она, поражаясь собственной храбрости, протянула руку и взяла с кучки яблок самое верхнее, деликатно обтёрла о своё платье и откусила.
Тролль, проследив за её действиями, одобрительно хрюкнул, зачерпнул ладонью горсть в пяточек плодов и запустил себе в рот.