- Дура! Чтоб нас все жуликами считали! Придет ихний отец и скажет: «Ваша Клавка у Ренки куклу украла!…» Думаешь, он поверит тебе? У него ж глаза, как у цыгана. Страшные! Молчи. Никто ничего не знает. А у Ренки вон сколько этих кукол! Может, сама где потеряла. Маме мы ничего не скажем… А куколка какая классная! Вместе играть будем…
Клава растерялась от Сонькиных слов. Ей стало страшно. А если правда - не поверят?…
Для Клавы наступили трудные дни. Сонька совсем обнаглела. Только и знает командует: «Посуду помой! Пол подмети!» А сама ходит, как барыня. Все самые лучшие фантики себе забрала. И полтинник тот, что папа подарил, выманила. А если Клава возражать начнет, так сейчас же грозится: «А я маме скажу! Жуличка!…» Теперь еще и Лыжницу себе требует. Только пусть не думает. Лыжницу ей Клава не отдаст ни за что! Вот украсит хорошенько и отнесет Ренате. Скажет: «Видишь, как я ее хорошо одела! Как царевна!» И Рената обрадуется. И опять они будут дружить. Пусть тогда Сонька!…
Но дни проходили за днями, а Клава все не могла решиться.
И снова Клава сидит в уголке и наряжает Лыжницу. Обернула серебряной бумагой лыжи. Стали они не простые, а самокатные. Скажи: лыжи, несите! И помчат они в тридесятое царство. А из золотой - сделала ей кокошник и туфельки. Теперь она- - настоящая Снегурочка или добрая фея из сказки. Только у феи ведь волшебная палочка. Махнет она - и все сделается. Что хочешь! Взяла Клава спичку и обернула синей фольгой, а головку - красной. Аж горит вся. Настоящая волшебная. В руку Лыжнице палочка пришлась в самый раз.
Клава щурит глаза. И… что это?! Лыжница-Волшебница будто шевельнулась! Еще прижмурилась - опять?! Качнулась волшебная палочка - красные искры метнулись от нее. Клава совсем закрыла глаза. Вот если правда - волшебная. Тогда бы она попросила, чтоб мама на нее не сердилась. Чтоб Сонька вдруг стала добрая-добрая. Чтоб папа скорей приезжал из Москвы. И еще, самое главное, чтобы эти дни вернулись назад. Назад!
- Тук. Тук. Тук, - слышится от батареи.
Клава вздрагивает и прижимает к себе Лыжницу-Волшебницу. Мечется по комнате, ища, куда бы ее спрятать. И сразу вспоминает, что никого в квартире нет. Она одна.
Опять стучит Рената. А Клава не может прийти к ней. И не придет никогда-никогда! Из глаз ее катятся слезы. На куклу. И у нее лицо становится мокрым. Плачет кукла Лыжница Клавиными слезами.
Сонька, уходя в школу, пригрозила: «Если ты не отдашь мне Лыжницу и все костюмы, я сегодня скажу маме. Понятно?» И тогда Клава решилась…
- Клавочка! - запрыгала от радости Рената и мигом втянула ее в прихожую.
- Вот! - сказала Клава и положила на стол большую коробку из-под парфюмерного набора.
- Что это?
Клава молча подняла крышку. На атласной подушке лежала Лыжница. Но она совсем не была похожа на ту замухрышку в припачканном лыжном костюмчике, какой помнила ее Рената. Золотой кокошник, золотые туфельки. Голубая шубка с белым пушком на рукавах. В руке - синяя волшебная палочка с красным наконечником. Серебряные лыжи. А рядом, в углублении, - целый ворох нарядов. Кофточки и юбочки, туфельки…
- Ты не думай, Рена, - тихо сказала Клава. - Я не насовсем взява. А только поиграться.
- Клавочка! И ты сама все это шила?
- Сама шива! - гордо ответила Клава. - Никто не помогав.
- А меня научишь? Я буду тебя учить, а ты - меня. Ладно?
- Вадно.
- А ты ее назад забери. Насовсем.
Клава оторопело глянула на подружку. Что она говорит?! Ей даже стало обидно. Да разве может кому-нибудь не нравиться Волшебница? И она снова совала коробку с куклой Ренате в руки.
- Что ты так смотришь, Клава? Я подарила Лыжницу тебе. Она твоя! Я давно хотела подарить.
Теперь, услышав слово «подарила», Клава поняла. Обрадовалась. И испугалась:
- А тебя мама не заругает?
- Что ты! Мне знаешь как влетело за то, что я тебе ее давно не подарила!
Клава верила и не верила своему счастью. Волшебница - ее! Рената говорит: уже давно подарила. Значит, все хорошо. Значит, нечего бояться! Пусть теперь Сонька попробует!
- Клава, давай заниматься. Я тут такую песенку сочинила. Маме понравилась. Вот слушай:
Повторяй за мной:
- Всвух?
- Ага. Вслух.
Клава очень любила своего папу. И очень скучала по нему. Она могла подолгу рассказывать Ренате, какой он хороший, сильный и справедливый. Как они с папой хорошо гуляли. Какие чудесные подарки привозил он из Москвы.
Папа у Клавы вот уже три года учится в Москве, «в самой гвавной академии, откуда генеравы выходят». За последние два года Клава видела его только четыре раза. Но не забывала о нем ни на минуту. А теперь вот уже месяц в доме только и разговоров, что? он скоро кончит учиться и приедет к ним насовсем.
