Ренессанс полностью

– Джером сказал ему, что я полукровка и крашу волосы.

– Тем хуже для вас двоих. Шерр ненавидит две вещи в жизни: ложь и чистокровных. – Он загнул два пальца. – Так что ты попал в его чёрный список.

– И что будет?

Кэмерон с непроницаемым выражением лица вставил два пальца себе в рот и изобразил выстрел.

– Он застрелит меня? – недоверчиво уточнил я.

– Шучу, – махнул рукой он. – Шуток, блин, не понимаешь. Кому ты нужен… Но если будешь болтать про меня или Адама или про всю заварушку, то под замес попадёт и твой Джером.

Я закатил глаза.

– Это не шутки, э-э-э, Чарли. Чарли, да? Короче, только пикни кому-нибудь о нас, и тебе хана. – На последних словах он понизил голос, так что у меня аж мурашки по коже побежали.

– Я понял, Кэмерон.

– И вообще имена наши не запоминай. Меньше знаешь – крепче спишь.

– Не знаю, засну ли я вообще теперь, – тихо проговорил я и вздохнул.

– Ага, знаем, проходили. Заснёшь как миленький. Хочешь дальше жить – вычеркни этот день из своей жизни.

– А другие… которых убили. Они тоже узнали, что я чистокровный?

– Узнали, не узнали… Чё паришься? – Кажется, Кэмерон уже раздражался от моих вопросов. – Они мертвы. Трупы ничего не скажут.

Мы замолчали.

– Как ты думаешь, Скэриэл выживет? – голос дрогнул.

Кэмерон оглянулся на меня:

– Конечно, – и неуверенно добавил: – Ну, должен, по крайней мере.

– Спасибо, что помогли. И за Скэриэла.

– Да ладно… Уж с Лоу мы никогда не были в дружбанах. Скажу больше, мы вроде как соперники. Не знаю, что задумал Адам. Мне это ещё предстоит узнать.

– Но всё равно спасибо.

– Ага. Без проблем.

– Вот этот мужчина, которого… первым убил Адам. Он главный? – И всё же моё любопытство до добра не доведёт. Я не оставлял попыток узнать больше. Кэмерон был болтлив, охотно шёл на контакт, особенно без рычащего Адама рядом.

– Жак, что ли? А что? – Тут он, не выпуская руля, с серьёзным видом повернулся ко мне полубоком и, прищурившись, елейным голоском добавил: – Что-то ты больно много вопросов задаёшь.

Я стушевался под его проницательным взглядом.

– У вас ведь будут проблемы… Я просто вот боюсь… – Я опустил глаза.

– Какой у нас любопытный чистокровный, удивительно, – улыбнулся Кэмерон. – Ты нас видел? Мы низшие. У нас проблем по горло. Мы с ними рождаемся. – Тут он совсем пафосно выдал: – Это наше второе имя. Мы с детства учимся решать проблемы.

– Жак, кажется, был главарём, – напомнил я.

– Да-а, – протянул Кэмерон и, помедлив, произнёс: – Он был важной шишкой. Мы, честно говоря, в полной жопе. Ну ничего, будем расхлёбывать. И не такое переживали. Адам что-нибудь придумает. Или я придумаю. Слышал? У него там даже какие-то планы были, вот умора. И Джерома твоего защитим. Не боись.

– И Скэриэла?

– Что с ним?

– Его тоже защитите?

– Защищать Скэриэла? – Кэмерон на секунду замолк, а потом внезапно рассмеялся, напугав меня. – Эта падла нас всех переживёт! Лоу как таракан, который вроде незаметный, а потом ты как-то заходишь ночью на кухню, а там полчище этих тварей под его предводительством. Не заметишь, а он уже отожмёт твой дом, людей и влияние. Так что защищать надо от Скэриэла.

Это было что-то новенькое. Похоже, Скэриэл жил двойной жизнью, как и я. Я больше не мучил Кэмерона вопросами, а молча рассматривал унылый вид за окном и думал о том, что за последние полгода узнал столько всего, что голова давным-давно должна была взорваться, а сердце – остановиться. Оставался ли хоть один человек, который был честен со мной?

Когда Кэмерон подъехал к пропускному пункту и припарковался, на улице окончательно стемнело. Я забыл о времени, а ведь меня ждали дома.

– Иди в ту сторону, – Кэмерон устало махнул рукой, – тебя там встретят.

Мы не попрощались, я просто молча вышел, хлопнул дверцей и, накинув капюшон, пошёл в нужном направлении. Здесь было оживлённо. Машины стояли в пробке на границе. Я лавировал между полукровками, пока не услышал, как сбоку громко сигналит автомобиль. Вздрогнув, я посмотрел на источник шума и облегчённо выдохнул. Эдвард с синяком на скуле стоял у своей припаркованной машины и махал рукой. Я со всех ног ринулся к нему.

– Готье, как ты здесь оказался? Ты в порядке? – с тревогой спросил он, но я только и мог, что с разбега обнять его и прижаться как можно крепче.

Эдвард по-отечески приобнял меня и похлопал по плечу. Не знаю почему, но мне очень хотелось разреветься, словно маленькому мальчику, которого обидели хулиганы во дворе, и пожаловаться на всё, что произошло.

Но я не мог. Просто стоял, уткнувшись ему в грудь, и мысленно обещал, что больше никому не позволю довести меня до такого состояния. Сжав руки в кулаки и впившись ногтями в ладони, клялся, что стану сильнее.

Я Киллиан Парис Бёрко, сын Лукиана Бёрко, последнего императора. Единственный наследник престола, который чуть было не умер от рук местных головорезов. Не такой участи я себе желал.

– Всё хорошо, – тихонько говорил Эдвард у меня над головой. – Я отвезу тебя домой. У тебя кровь на волосах, Готье. Тебя кто-то ударил?

Я зажмурился, сдерживая слёзы, и прошептал:

– Нет. Я сам. Нечаянно.

– Давай в больницу?