Мне нравится то, что мы делаем, и мучения с физикой у Оленьевича в университете уже не так и бесят, особенно когда я знаю, что отработала на чертовых задачках и формулах уже почти две тысячи рублей долга за скейтборд. Я окончательно привыкла к новой доске и не представляю, как раньше обходилась без такой идеальной и удобной.
Вчера нас фотографировали на афишу и на собственную страничку сайта шоу: приезжали фотографы, ставили освещение, заставляли нас менять позы и показательно улыбаться. Скоро мое лицо будет светиться на всех билбордах города, благо не в первых рядах, потому что фотография, мягко говоря, вышла не очень. Я впервые надела яркий костюм, придуманный моей мамой, и осознала весь вес страз и бисера на своей шкуре. Клянусь, это не костюм, а самая настоящая броня! Но он настолько идеально выполнен под мою фигуру, что совершенно не сковывает движения и не мешает двигаться.
Все проходит гладко, я влилась в новый ритм своей жизни, и он мне нравится, но есть и раздражающий фактор: почти на каждой репетиции в зале сидит мой репетитор. Я понимаю, что он приходит поддерживать сестру, но его присутствие все равно напрягает.
Вот сейчас, к примеру, я сижу на краю манежа, а за моей спиной стоит он и о чем-то разговаривает с Таисией. Хочется пересесть подальше, лишь бы не ощущать его присутствия.
– Контрольный прогон на сегодня! Так, у меня села колонка, – слышу, как разочарованно выдыхает Таисия. – Слав, пожалуйста, принеси из кладовки у гримерок удлинитель, придется подключиться от сети, а то не хватает мощности на передачу сигнала с колонки на усилитель.
– Напомни, куда поворачивать в ваших катакомбах, чтобы дойти до гримерок? – усмехается Оленьевич.
Непроизвольно поворачиваюсь боком и поднимаю на него взгляд. Наши глаза встречаются, и он, чуть улыбнувшись, снова смотрит на сестру.
– Рядом с гримерками есть кладовка, она запирается на навесной замок, там всякий хлам, но на столе лежит удлинитель, недавно брали его для фотографов… Ай, ладно! – Таисия поворачивается ко мне, протягивая ключ. – Поняла где?
– Да, я знаю где, – киваю я и встаю на ноги.
– Сходи и принеси, пожалуйста, а то мало времени, скоро подойдут ребята из другого номера, нужно освободить площадку, – говорит она.
Принимаю ключ из рук Таисии и довольно улыбаюсь, глядя на Оленьевича. Приятно осознавать, что доверие Таисии ко мне настолько же велико, как и к брату.
Выхожу за кулисы и направляюсь к гримеркам, где в общем длинном коридоре находится одна из небольших кладовых. Добираюсь до обшарпанной, сто раз перекрашенной в разные цвета двери и отпираю замок. Как только захожу внутрь, пытаюсь нашарить на стене выключатель, но его здесь, кажется, не предусмотрено или я не могу его найти. Попытки найти при тусклом свете коридора в огромном складском помещении нужный удлинитель не увенчиваются успехом, поэтому я разворачиваюсь к двери.
Мой телефон лежит в гримерке, поэтому я иду и забираю его, чтобы посветить себе фонариком. Смахиваю тонну пришедших за время тренировки уведомлений и нажимаю на значок фонаря, захожу в кладовку, и вдруг кто-то толкает меня в спину и резко хватает, зажав рот рукой. От неожиданности я роняю телефон на пол и начинаю отчаянно сопротивляться.
– Тише-тише, – знакомый голос раздается за моей спиной. – Тебя было сложно найти.
Сердце болезненно сжимается, и пелена страха окутывает меня еще сильнее.
– Хватит уже прятаться, мы устали вас искать. Спасибо рекламной афише в интернете, где я чудом разглядел твое лицо. Я знал, что ты будешь искать такую работу, где есть скейт или ролики. Сейчас поедем к твоей мамочке, ты любезно скажешь мне адрес, а потом вернем вас домой… Папочка соскучился, он обрадуется моему подарку и вернет мне клуб. Сейчас я уберу руку, и ты пойдешь со мной, поняла? – шипит он мне на ухо. – Не заставляй делать тебе больно…
Задыхаюсь от ужаса и дергаюсь в его руках, пытаюсь выпутаться и закричать, но ладонь все еще зажимает мне рот, а другая его рука внезапно сдавливает мне шею.
– Я могу тебя просто вырубить и увезти туда, куда мне нужно, но не хочу идти по такому пути, – дергаюсь снова. – Вынуждаешь…
Рука на горле сжимается, меня кроет паническая атака, и я впиваюсь ногтями в мужскую руку, пока перед глазами расплываются темные круги.
– Мия, помощь нужна? – эхом разносится голос Оленьевича по коридору.
– Ты там запуталась в проводах и застряла? – В голосе репетитора слышится усмешка.
Чтобы привлечь внимание, я в очередной раз начинаю сопротивляться и пинаю одну из полок стеллажа, отчего та слетает с крепления и с грохотом валится на бетонный пол вместе со всем содержимым.
– Эй, у тебя все нормально? – уже обеспокоенно спрашивает Оленьевич, и я слышу его приближающиеся шаги.
