Она едва удержалась от того, чтобы не сказать: Чарльз Олден. Поскольку, действительно, после того как они уехали из Харбора, именно он взял на себя все эти заботы. Но, принимая во внимание его настроение, он мог бы сказать, что все, что он делает, это его работа, поручение, которое будет забыто через несколько дней, как только работа закончится.
А как раз сейчас, после того направления, которое стали принимать ее мысли о том, что она любит его, она не хотела бы услышать, что является всего лишь одной из его клиенток.
Ее долгое молчание заставило его кивнуть головой.
– Так я и думал. Такого человека никогда не было, правда? Ни твой бывший жених, ни твоя сестра не пошли бы на это! Готов побиться об заклад, что твои родители находятся в блаженном неведении о том, что происходит с Джеком. А почему они должны знать это? Ты в течение столь многих лет выручала Джесси из беды, когда она ошибалась! Ты, наверно, решила, что от тебя ждут, чтобы ты уладила все и сейчас.
Джейн опустила глаза, вспомнив о своем решении не ездить к родителям. Тогда она говорила себе, что они также могут пострадать от Джека, а сейчас слова Чарльза заставили ее понять, что ее доводы не были такими простыми. Ее родители были очень встревожены, когда Джесси забеременела и отказалась выйти замуж за отца ребенка, но в большей степени эта досада относилась к Джейн. Косвенно, не прямо они осуждали ее. В ее ушах звучал мягкий, полный заботы голос матери: «Джесси всегда слушалась тебя, милая! Что случилось на этот раз? Мы знаем, что вы, молодые женщины, поступаете теперь по-другому, но нам трудно примириться, что наша дочь стала невенчанной матерью. И если бы ты, милая, вышла замуж за Роберта, ты была бы хорошим примером для сестры. Тогда бы она понимала, как важно для бедного маленького Томми знать своего папочку».
Разумеется, они не знали, что Роберт обманывал ее, а Джек решится на похищение ребенка. Джейн вздохнула. Всегда после таких разговоров с матерью она чувствовала себя ответственной и виноватой. Она не была полностью убеждена, что мать это делала намеренно, скорее это было привычкой. Поскольку, когда они с Джесси росли, именно Джейн всегда служила примером. Она брала на себя все заботы обо всех трудностях, когда родители уезжали из дома.
Так же она поступила и в Харборе, когда приняла решение уехать с Чарльзом, чтобы не позволить Джеку заполучить Томми.
Чарльз потянул ее ближе к себе, и она вздрогнула. Он обнимал ее крепко и страстно, и ее сердце забилось сильнее. В голову ей пришла неожиданная мысль: какой пример, по мнению ее матери, давала Джейн, занимаясь сексом на стойке в кухне. Она улыбнулась про себя. В глубине души ей радостно было сознавать, что ей все равно! Ей было наплевать, что думает ее мать, Джесси или кто-либо другой! И даже понимая, что между нею и Чарльзом никогда ничего не будет, те моменты наслаждения, когда не было никаких преград, когда она была Джейн Олден, а не сдержанно-осторожной и зажатой Джейн Мартин, были, скажем, необыкновенными.
– Прости, о чем ты говорил? – спросила она, повернувшись к Чарльзу, так как, погрузившись в свои мысли, она упустила нить их разговора.
Он сердито нахмурился, а потом проворчал:
– О Луизе Коуэн. Вспомнила? Это она хотела, чтобы ее дом спокойно стоял на берегу Атлантического океана, как будто это не океан, а пруд для уток! А когда в этом пруду возникает морское чудище, она заламывает руки и говорит невероятно глупые вещи, вроде того, что ее дом устоит перед океаном, который поглощает целые корабли! – напомнил Чарльз, с отвращением покачав головой. – А теперь, когда она пришла в чувство, они оба будут торчать у нас Бог знает сколько времени!
– Хорошо! – сказала она, нисколько не задетая его раздражением. – Я переговорю с Луизой об их устройстве завтра.
– Завтра? Черт возьми! Скажи ей, чтобы они ушли сегодня вечером!
– Чарльз, я не могу…
– Значит, ты не слышишь, что я говорю. В одной постели. Ты и я. Всю ночь, дорогая. И не рассказывай мне сказки про людей, которые занимаются в постели какими-то другими вещами, кроме секса.
– Конечно, занимаются и другими вещами, – сказала она, погладив его по щеке. – Они спят.
– Джейн, ради Бога, будь умницей!
– Это позволит тебе узнать еще один путь, как держаться со мной холодно и на расстоянии, – сказала она беззаботно, устраиваясь поудобнее на сиденье. Проведя руками по своим джинсам, она осознала, как ей вдруг стало легко от того, что она может управлять своими эмоциями. – Я совершенно не собираюсь соблазнять тебя, приставать к тебе и даже просто касаться тебя. Но Луиза и Хэнк останутся. А если ты сочтешь меня невыносимой, ты можешь отправляться в одно из убежищ.
– Мне? Идти в убежище? Боже мой! – пробормотал Чарльз, зная, что она имела в виду.
Конечно, она не верит, что они могут просто спать в одной постели. Но он знал также, что если она что-нибудь решила, то сделает это. Может, действительно ему идти в убежище? Будь честным, Олден! Единственное убежище, которого ты хочешь, – это объятия Джейн Мартин!
