Она была намерена действовать в этом вопросе методично и спокойно. Никаких слез или эмоций! Она не будет давить на него! Ей ничего от него не нужно – ни брака, ни денег, ни каких-то фиктивных отношений ради нескольких моментов безрассудной страсти!
… Она вздохнула. Из спальни до нее доносились смех Джесси и восторженные вопли Томми. Джейн пристально посмотрела на телефон в кухне, как будто это могло заставить его зазвонить. Она взглянула на телефонный шнур вокруг левой руки, который скрывал наготу ее третьего пальца.
В тот день, когда они вернулись в Харбор, Чарльз отказывался взять обратно кольцо с бриллиантом, а она сняла его с руки и пыталась отдать Чарльзу. Она настаивала до тех пор, пока он в конце концов не уступил и не сунул кольцо небрежно в карман, как будто это ювелирное изделие было дешевкой около двадцати центов.
Он разозлился и нахмурился, когда она сняла через голову рыбацкий свитер и бросила ему. Его хмурая гримаса напомнила ей ту ночь, когда она стащила с себя его рубашку на кухне в Челси и бросила ему, а он как завороженный смотрел на нее. Она на мгновение прикрыла глаза от этого жгучего воспоминания, она тогда стояла перед ним обнаженная и полная желания.
Однако на этот раз такой реакции не последовало. Он скомкал свитер и бросил его ей обратно.
– Что еще, Джейн? – спросил он холодным и ровным голосом. – Захочешь ли ты, чтобы я взял обратно красный грузовик, который подарил Томми?
Она не могла смотреть ему в глаза.
– Нет, разумеется нет!
– Возьми свитер! Кроме того, я не уплатил двести долларов, которые проиграл в «Монополию»! Свитер поможет нам быть примерно в расчете.
– Хорошо! – весело ответила она и решила, что не будет делать из себя дурочку и просить Чарльза, чтобы он поцеловал ее на прощание. – Благодарю вас за все!
– Всегда вам рады!
– Я знаю, что ты рад, что все кончилось, и…
Он прервал ее.
– Я не рад, что все кончилось. Я рад тому, что ты и Томми в безопасности!
– Ну, хорошо… – сказала она, с трудом подбирая слова для будораживших ее мыслей. – Я думаю, что… пожалуй… все… – не окончила она фразы и быстро наклонила голову, чтобы он не увидел, как это было трудно для нее.
Тогда он подошел к ней ближе, взял за подбородок и приподнял ее голову. В течение долгой секунды их дыхание смешивалось, и они не отрывали глаз друг от друга.
Джейн почувствовала, как ее сердце учащенно забилось. Если бы она поднялась на цыпочки, то смогла бы поцеловать его.
Чарльз не приблизил свои губы к ее лицу, но она увидела, что его лицо на мгновение озарилось каким-то чувством.
– Поцелуй меня! – прошептала она. Она не могла поверить, что он уйдет просто так, улыбаясь, не сказав слов прощания! Она понимала, что ее гордость растоптана, но ей хотелось в последний раз насладиться вкусом его поцелуя. Большим пальцем он тронул ее нижнюю губу и осевшим вдруг голосом, который, как она уже знала, свидетельствовал о борьбе с собственным возбуждением, спросил:
– Разве ты уже забыла о том, что я говорил тебе?
Она не забыла! Но теперь она думала лишь о том, что больше никогда не будет с ним так близка!
– Что я забыла?
Он колебался, как будто ему было трудно говорить.
– Что ты целуешь очень жарко, дорогая!
– Ты тоже! – пробормотала она. – Ты тоже…
– Мы не должны…
– Я знаю! – Но она хотела этого и, поскольку боялась, что он отпустит ее и не станет целовать, сама прикоснулась губами к его рту. Джейн почувствовала жгучую радость, оттого что его губы жадно ответили ей, а его язык прикоснулся к ее нёбу. Ей хотелось, чтобы этот страстный, захватывающий поцелуй длился бесконечно!
Но, к сожалению, он кончился! Он поцеловал ее еще раз и еще раз, нежнее и слаще, но потом пошел к двери. По дороге он остановился и секунду смотрел на нее. Джейн хотелось верить, что она прочла в его глазах сожаление, но она не была в этом уверена. Может быть, это было облегчение.
Она всегда хотела, чтобы расставание у них было таким же драматическим, как и начало в тот день, когда он пришел, чтобы взять ее с собой на мыс.
Он приехал тогда в кожаной куртке и джинсах, держался на расстоянии, но с чувством достоинства, которое не было характерно ни для одного из мужчин, которых она когда-либо знала. Она была насторожена, но заинтригована. Эта заинтересованность переросла в любопытство, очарование и страсть и в конце концов в любовь! Однако после этого не последовало «счастья навеки». Их взаимоотношения просто кончились. Не было никакого душераздирающего расставания, были простые слова, сказанные тихим шепотом:
– До свидания, Джейн Олден!
После этого дверь за ним бесшумно закрылась.
Не разматывая телефонный шнур, она потерла палец. Ее звонок, вероятно, был ошибкой! Может быть, он не хотел получать от нее никаких сообщений; может быть, ей не следует говорить таких фраз, как «Да, между прочим, я беременна!», при отсутствии между ними каких бы то ни было взаимоотношений. Может быть, он и не хочет ничего от нее! Даже собственного ребенка! Может быть…
В дверях стояла Джесси.
– Я должна сказать тебе кое-что!
Джейн удивленно моргнула, отметив про себя резкое изменение в поведении сестры.
