– Мясо на гриле, сырные закуски, горячие салаты… Неплохой вариант. Говорите куда, я зайду за вами… в восемь? – дождался утвердительного кивка, повторил адрес её дома и вышел из машины. Девушка легонько махнула ему на прощание рукой и уехала.
Не желая портить себе настроение встречами с некоторыми личностями, Люси вернулась домой и, чтобы скоротать до вечера время, заняла себя хлопотами по хозяйству, которые ближе к семи часам медленно переросли в подготовку к вечерней встрече. Без пятнадцати восемь она стояла перед зеркалом, нанося последние штрихи к своему образу. Через полчаса – у окна, нервно постукивая пальцами по подоконнику. В полдевятого в беспокойстве расхаживала по комнате, поминутно поглядывая на словно замершие стрелки.
А ещё через час медленно потянула вниз молнию на платье – дальнейшее ожидание было уже бессмысленно.
***
Стоящая у окна девушка настолько погрузилась в свои мысли, что не слышала ни щелчка замка на входной двери, ни шагов за спиной. И только упавшие на столик ключи заставили её вернуться в реальный мир. Она вздрогнула и обернулась. Гость молча скользнул по ней взглядом, подошёл ближе, склонился к лицу, почти касаясь губами щеки:
– Я скучал, – отстранившись, посмотрел в глаза и спросил тем же тихим, обволакивающим, лишающим воли голосом: – А ты?
Девушка замерла, пока его пальцы медленно и почти неощутимо скользили вверх по её руке – до плеча, шеи, пересохших от волнения губ.
– Я… я тоже…
Его рот искривился в жёсткой усмешке:
– Тогда покажи мне, насколько сильно. Ты знаешь, как я люблю.
Ей хотелось завыть от ужаса и захлестнувшей сознание безнадёжности, но она лишь опустилась на колени, не в силах отвести взгляда от его лица и на ощупь расстегивая тяжёлую пряжку ремня…
Он ушёл только под утро, насытившийся, как дикий зверь после удачной охоты, оставив на её теле свои, особые метки.
========== Часть 16 ==========
Глухой, раскатистый звук, дробящимся эхом раскатившийся по небу, в последний раз заставил вздрогнуть проклинавших непогоду прохожих и укатился за город, унося с собой обещанную синоптиками грозу. Через несколько минут дождь почти перестал; посветлевшие, сбросившие лишнюю влагу тучи лениво ползли на север, лишь иногда, как расшалившийся ребёнок, бросая вниз редкие, тяжёлые капли. То здесь, то там уже мелькали, затеяв игру в салочки, прорвавшиеся сквозь облака солнечные лучи, отражаясь от луж и умытых стёкол. Посвежевший ветерок потрепал ещё влажную листву и, скользнув в приоткрытое окно, запутался в светлых волосах сидящей на водительском месте девушки. Та поёжилась, поправила растрепавшиеся пряди, потом, прихватив сумочку и закрыв машину, неторопливо пошла к стоящему невдалеке трёхэтажному зданию. Она уже поднялась на крыльцо, когда её окликнули:
– Люси!
Журналистка обернулась. Стоящий у подножия лестницы молодой человек начал медленно подниматься, старательно глядя себе под ноги. Не дойдя пару ступенек, он остановился, посмотрел на неё и негромко сказал:
– Я ждал вас, – мокрые розовые волосы и стекающие по лицу редкие капли воды говорили о том, что Драгнил почему-то выбрал для этого процесса место под открытым небом, вместо того, чтобы где-нибудь спрятаться от дождя, как обычно делают люди. Девушка молчала. Нет, она не злилась и даже не собиралась требовать объяснений, но поселившаяся в душе горечь разочарования не вызывала желания общаться с собеседником, по крайней мере, сейчас. Тот же, не получив ответа, кашлянул, словно прогоняя неловкость, и уже более уверенно продолжил: – Люси, я должен извиниться за вчерашний вечер. Вернее, за то, что он не состоялся. Понимаю, любые оправдания сейчас будут звучать довольно глупо…
– Вы не обязаны, Нацу… – она всё-таки заставила себя заговорить с ним – скорее из вежливости, чем из намерения поддержать беседу.
– Обязан. Тем более, что это моя вина. Надо было мне хотя бы завести будильник. Мог бы и догадаться, чем это всё закончится, – на её удивлённый взгляд он грустно усмехнулся: – Вы даже не представляете, во что могут превратить квартиру во время обыска наши доблестные служители порядка. Естественно, убрать за собой они не потрудились, и весь этот бедлам мне пришлось разгребать самому. Потом решил немного отдохнуть – после всех событий голова просто раскалывалась, и, видимо, заснул от усталости и переизбытка эмоций… А когда проснулся, было уже слишком поздно куда-либо ехать. Простите меня.
Люси закусила губу, пытаясь сдержать улыбку. Всё оказалось так просто. Почему она не подумала об этом раньше? Конечно, вчерашний день был труден не только для неё – Нацу пришлось пережить гораздо большее потрясение*. А если добавить к этому возвращение в дом, где была убита его невеста, и необходимость самому наводить там порядок… Теперь уже стыдно стало ей. Девушка кивнула, как бы отвечая на последние слова собеседника, и, не удержавшись, спросила:
– Вы ждали меня под дождём?
Драгнил мотнул головой, стряхивая с волос воду, пожал плечами:
– Ну, должен же я был понести хоть какое-то наказание, – и широко, заразительно улыбнулся. Люси рассмеялась в ответ:
