Слуги быстро всё приготовили. Поставили на причале низенькие табуреточки, принесли бамбуковые удилища с леской из конского волоса, накопали червей и наловили кузнечиков.
Похоже аристократу действительно нравилось подобное времяпрепровождение. Сидя под зонтиком, он с довольным видом рассуждал о повадках рыб, о прелестях жизни на лоне природы и о своих чувствах к приёмной дочери бывшего начальника уезда.
Та, в свою очередь, откровенно скучала. Солнышко припекало всё сильнее, а от воды веяло благодатной прохладой.
Отогнав от лица надоедливого слепня, девушка жалобно попросила:
— Можно мне искупаться, Тоишо-сей?
— Конечно! — вскричал барон, вздымая бамбуковое удилище и довольно смеясь при виде трепыхавшейся на конце лески довольно крупной рыбёшке.
Отпрянув, Платина озадаченно посмотрела на Хваро. А тот, подтянув добычу, снял её с крючка, осторожно пустил в ведро с водой и только после этого решил уточнить:
— Что вы сказали, Ио-ли?
— Я хочу искупаться, — повторила та свою просьбу. — Жарко, душно и вообще…
Хозяин замка нахмурился.
— Я же говорил вам, что здесь глубоко.
— Я не буду далеко заходить, — заверила собеседница, решив, что умение плавать «вспомнит» уже в озере.
— Лучше прикажите служанке сделать вам прохладную ванну, — после глубокого раздумья предложил землевладелец. — Вы же не какая-то глупая простолюдинка, чтобы купаться в озере.
— Но я очень хочу искупаться, — чувствуя его колебания, заканючила беглая преступница. — Может, это как-то связано с моей памятью?
— Вас могут увидеть, — сурово свёл брови к переносице аристократ, и в его голосе отчётливо прозвучали угрожающие нотки. — Я не могу допустить подобного попрания норм нравственности!
«Вот же-ж лицемерка! — потупив взор, с раздражением подумала пришелица из иного мира, тут же невольно покраснев от воспоминаний об их ночных забавах. — А может, она просто ревнует? Час от часу не легче!»
Получив столь решительный отказ, она по привычке хотела уступить, но вдруг поняла, что просто устала быть послушной, покладистой куклой.
В конце концов, если Хваро собралась с ней жить дальше, то пусть принимает во внимание и её желания.
— Я не собираюсь купаться голой, Тоишо-сей, — недовольно проворчала Платина. — Останусь в нижнем белье.
— Если будете ходить в мокрой одежде — можете заболеть, — выдал новый аргумент хозяин замка. — Это очень опасно.
Девушка беспомощно огляделась, пытаясь отыскать ещё какой-нибудь аргумент. А землевладелец нанизал на крючок дохлого кузнечика и, плавно взмахнув удочкой, забросил его в озеро.
— Для переодевания можно сделать закрытый… паланкин! — выпалила Платина и, не дожидаясь возражений, указала на лодку с крышей. — Если тут всё завесить циновками, никто не увидит, как я буду переодеваться в сухое бельё!
Ие пришлось отдать должное терпению аристократа. Вместо того, чтобы просто отмахнуться от бредового предложения, тот внимательно выслушал её и… дозволил попробовать.
Барон даже пообещал дать задание господину Каямо сделать всё так, как она придумала, но только после обеда. А пока надо продолжить рыбную ловлю.
Вызванный в покои аристократа управитель весьма удивился полученному распоряжению, но быстро сообразил, что от него хочет любовница господина. Задав несколько уточняющих вопросов, он пообещал сделать всё к завтрашнему дню.
Вторую половину дня барон с девушкой провели на стрельбище, откуда проследовали на площадку для занятий боевыми искусствами, где Хваро с удовольствием продемонстрировал ей свои воинские навыки.
Надо сказать, что зрелище размахивавшего блестящим мечом хозяина замка, виртуозно исполнявшего разнообразные прыжки, выпады и молниеносные удары, произвело на Ию весьма сильное впечатление.
Оно мало походило на представления, устраиваемые всякого рода «шаолинскими монахами» и прочими артистами китайского цирка, не смотрелось так ярко и красочно, как в дальневосточных дорамах. Но оно было настоящим, и от этого внушало, если не страх, то серьёзные опасения.
Пришелица из иного мира попыталась скрыть беспокойство за привычным сарказмом: «Прямо какая-нибудь Чудо-женщина или Дам Ё Уль».
Исполнив какой-то особенно хитрый финт, землевладелец замер в пафосной позе, отведя клинок за спину.
«Выпендрёжница!» — мысленно фыркнула Платина, но понимая, что от неё ждут совсем другой реакции, захлопала в ладоши.
— Замечательно, Тоишо-сей! Просто великолепно!
Тяжело дыша, аристократ подошёл к ней, на ходу убирая меч в ножны.
Лицо его раскраснелось, на коже поблёскивали капельки пота, во взгляде светилось вожделение.
— Мы не виделись всего одну ночь, а я уже соскучился.
А вот Ия уже не ощущала к нему/к ней такого влечения, как в первые дни, хотя нельзя сказать, что секс с Хваро не доставлял ей удовольствия.
«Я просто «объелась», — самокритично заметила девушка. — Не мешало бы ещё пару-тройку дней «поголодать»».
Однако у её любовницы на этот счёт имелось своё мнение, и большую часть ночи Платина вновь провела в чужой постели.
Тем не менее она без особого труда проснулась утром, чтобы успеть на завтрак барона со своими приближёнными.
