Хмыкнув, молодой человек посмотрел на приглянувшуюся ей нишу и озабоченно покачал головой.
— Вряд ли вам здесь будет удобно, госпожа Сабуро.
— Почему же, господин Нобуро? — спросила Ия, подходя ближе и убеждаясь, что пол в алькове более-менее ровный, да и места здесь ей должно хватить. — Только пыль смету и лягу.
Пожав плечами, она смахнула с гладкого камня мелкие камешки.
— Подождите! — решительно заявил ей младший брат губернатора, сунув в руки пылающий факел.
Та машинально взяла, а сам он направился к своему топчану, свернул тощий матрасик и, вернувшись, расстелил на облюбованном девушкой месте, удовлетворённо выдохнув:
— Вот теперь, госпожа Сабуро, можете отдыхать.
— Благодарю, господин Нобуро, — вернув факел, церемонно поклонилась Платина, весьма встревоженная и озадаченная подобной любезностью.
Выпрямившись, Ия застыла в ожидании, когда же он уйдёт.
Но вместо этого бывший чиновник по особым поручениям нерешительно заговорил, смущённо отводя взор:
— Если вам захочется пить или… ещё чего-нибудь… то вода вот здесь.
— Где? — тут же заинтересовалась девушка, сбрасывая с плеча котомку.
— Сюда, — позвал собеседник, отходя в сторону и поводя факелом.
В его трепещущем свете она разглядела тёмную щель, притаившуюся за одним из выступов стены.
— Там очень тесно, госпожа Сабуро, — извиняющимся тоном пояснил молодой человек. — Вам лучше посмотреть самой.
Бросив на него настороженный взгляд и вновь принимая факел, Платина, не без труда протиснувшись узким проходом, оказалась в крошечной, напоминавшей душевую кабинку пещерке, где по стене с еле слышным журчанием струился быстрый поток и, закручиваясь воронкой в круглой луже, исчезал где-то в недрах горы.
Подставив сложенные лодочкой ладони, она сделала крошечный глоток. По вкусу вода походила на сильно разбавленный нарзан и оказалась далеко не такой холодной, как можно было ожидать.
«А неплохой санузел, — усмехнулась про себя Ия. — Сразу всё уносит. Главное, прокладки в него не бросать, а то тут стояк не перекроешь… И ещё лампочку бы ввернуть не мешало. И тесно тут, как у негра… под мышкой».
Почувствовав давление в мочевом пузыре, девушка на миг заколебалась, потом пожала плечами, подумав: «Где-то же это надо делать». И, распахнув полы кафтана, взялась за концы верёвки.
«Запах же останется! — остановила она себя, так и застыв с полуспущенными штанами. — Лучше уж как-нибудь потом».
Однако, принюхавшись, сразу поняла, что воздух в каморке хоть и не свежий, но и не затхлый. Значит, какое-то его движение здесь всё-таки есть.
Довольно хмыкнув, Платина сделала свои дела, убедилась, что вода тут же всё унесла, сполоснула руки и довольная выбралась в большую пещеру.
— Я тут уже немного освоился, — немного смущаясь, проговорил младший брат губернатора. — Вы, госпожа Сабуро, оставьте светильник себе, чтобы не упасть… Если вдруг ещё что-то понадобится.
— Спасибо, господин Нобуро, - поблагодарила Ия. — Но я как-нибудь и без него обойдусь. На ощупь.
— Нет, нет, — энергично запротестовал собеседник. — Пол здесь неровный, можете споткнуться и упасть.
— Хорошо, — не желая спорить по столь пустяковому поводу, согласилась девушка, и её сердце вновь сжалось в нехорошем предчувствии.
Она сняла кафтан, положила его поверх тюфячка, разулась и легла, положив под голову котомку, а кинжал спрятав под рукой у стены.
— Приятных снов, госпожа Сабуро, — с лёгкой иронией пожелал ей бывший чиновник по особым поручениям, направляясь в свой конец пещеры.
— Спасибо, господин Нобуро, — эхом откликнулась Платина, переводя дух.
Внезапно факел погас, видимо, молодой дворянин пользовался им не так часто, и в кромешной тьме подземелья осталось единственное светлое пятнышко: крошечный огонёк масляного светильника на столе возле перегородившей тоннель стены.
Чуть позже негромко скрипнуло дерево. Ия решила, что её невольный сосед лёг на топчан, и почти успокоилась.
В гроте стояла довольно комфортная температура. Во всяком случае, ноги у неё не мёрзли даже в одних носках. Тем не менее она всё же завернулась в кафтан и только после этого закрыла глаза.
Но перевозбуждённое сознание никак не хотело успокаиваться. Сегодня произошло слишком много всего, чтобы Платина могла спокойно заснуть.
То, что единственная подруга в этом мире столь демонстративно от неё отказалась, ввело Ию в состояние полного обалдения. Жизнь, если и не разбилась вдребезги, то точно покрылась густой сетью глубоких, кровоточащих трещин.
Хорошо, что госпожа Амадо Сабуро не сразу привела её сюда, дав время пережить в одиночку самую острую боль и немного успокоиться.
В противном случае, девушка точно не смогла бы спокойно вынести их последний самый неприятный разговор, который почему-то никак не выходил у неё из головы.
С огорчением осознав, что уснуть всё равно не получится, девушка с каким-то мазохистским удовольствием принялась перебирать в памяти детали той весьма странной беседы. Точнее того трагического монолога, который с таким пафосом исполнила сестра её приёмного отца.
