Однако, сегодня выяснилось, что Платина, скорее всего, не так уж и уникальна, как казалось. Очень даже возможно, что здесь проживают и довольно давно её соотечественники. Причём не только по миру, но и по Родине.
И что теперь: бросать всё и плыть через океан в эту самую Академию? Да, если судить по названию, символу, гербу и девизу, там таких, как она, ждут и, вполне вероятно, встретят с распростёртыми объятиями. Очень возможно, что там ей не придётся прятаться ни от бывшей любовницы, ни от имперских властей.
Вот только сие обетованное место находится где-то за морем, точнее за океаном. А это совсем не «ближний свет.» Да и здесь Ия вроде бы не так уж и плохо устроилась. Немного напрягает только угроза брака с Накадзимо. Но когда ещё это будет? Неизвестно, вернётся ли вообще из своей экспедиции «чёрный археолог»? Лазить по пещерам и древним подземельям — занятие совсем небезопасное.
Нет, перспектива тащиться куда-то за тридевять земель нисколько не вдохновляла. Девушка невольно вспомнила старого приятеля родителей, уже довольно пожилого жонглёра и канатоходца, со смешным именем Игнатий Павлинович. Когда отец Ии предложил ему тоже попытать счастья в Италии, тот заявил, что «от добра добра не ищут». Но, может, иногда стоит и поискать?
Стрела с тупым звоном вошла точно в центр чёрного квадрата.
На сухощавом, покрытом густой сетью морщин, лице старого воина не дрогнул ни один мускул, хотя в душе он очень гордился успехами своего воспитанника.
Прекрасный наездник, искусный мечник и стрелок, он сумел бы сделать блестящую карьеру, поступив в войско Сына Неба, но выбрал службу гражданского чиновника. И дело не только в том, что с недавних пор она считалась более почётной. Главное, что в армии с её походами и полевыми лагерями гораздо труднее сохранить тайну личности барона Тоишо Хваро.
Наставник понимал, почему тот подчёркнуто не обращает на него внимание, продолжая посылать стрелу за стрелой в сколоченный из толстых досок щит.
Но сегодня он собьёт с него спесь, восстановив свой пошатнувшийся авторитет. В предвкушении этого старый воин чуть прикрыл глаза, стараясь раньше времени не выдать своего торжества даже взглядом.
— Вы наконец-то вернулись, господин Мукано? — усмехнулся землевладелец, положив лук на стол.
— Да, только что приехал, господин, — церемонно поклонился собеседник. — Не успел ещё ни умыться, ни переодеться с дороги.
— Узнали что-то важное? — нахмурился аристократ. — И спешите мне об этом сообщить?
— Да, господин, — повторил наставник. — Госпожа жива, и я смогу вам это доказать.
Приблизившись к нему вплотную, барон тихо, но внушительно произнёс:
— Раньше вы никогда так глупо не шутили. Надеюсь, и сейчас говорите серьёзно?
— Я слишком стар для шуток, господин, — холодно усмехнулся Чиро Мукано, спокойно выдержав яростный взгляд Хваро. — И привык отвечать за каждое своё слово.
— Ну хорошо, — мрачно кивнул землевладелец. — Пойдёмте в кабинет. Там нам никто не помешает, и я посмотрю, насколько серьёзными окажутся ваши доказательства.
Отвернувшись, он махнул рукой, подзывая стоявшего шагах в двадцати стражника.
Когда тот подбежал, придерживая меч, аристократ распорядился:
— Прикажите убрать здесь всё. Сегодня я больше стрелять не буду.
— Слушаюсь, господин, — коротко поклонился воин.
Подобная реакция слегка удивила старого дворянина. Прекрасно помня, как тяжело переживал воспитанник мнимую смерть подлой девчонки, наставник рассчитывал, что тот набросится на него с расспросами прямо здесь и сейчас.
Вместо этого они неторопливо прогулялись по парку, и за всё это время барон не сказал ни слова, мрачно глядя себе под ноги.
Лишь у боковой двери главной башни Чиро Мукано смог разобраться в его чувствах. Тот просто боялся узнать, что обманщица жива, и пока не знал, как к этому относиться?
Зато старый воин пребывал в полной уверенности, что благородный муж столь славного рода просто обязан презирать подобного рода мерзавок, наказав их за подобное предательство.
— Скажите, чтобы нам принесли чаю, — велел землевладелец охраннику на лестничной площадке между этажами.
— Да, господин, — коротко поклонился тот.
Пройдя в свои покои, аристократ уселся за стол, жестом предложив гостю занять одно из стоявших напротив кресел.
— Слушаю вас, господин Мукано.
— Я объехал все окрестные деревни, — размеренно заговорил наставник. — И спрашивал: не видел ли кто-нибудь чего-нибудь странного в день исчезновения госпожи, или чуть раньше, или чуть позже. Не стану занимать ваше время, господин, рассказами о всех нелепостях, что мне наболтали глупые простолюдины, и как я устал их проверять, перейду к главному. Вы знаете деревню Хала?
— Конечно, — кивнул барон. — Она же на моей земле.
— Там есть харчевня, — также неторопливо продолжил собеседник. — Её хозяин рассказал, что в седьмой день Ящерицы, как раз после того, как пропала госпожа, через деревню проехал фургон и три дворянина на лошадях. Тот простолюдин запомнил их, потому что они не стали задерживаться, несмотря на приближавшийся дождь. Вы же помните, господин тот ливень?
