Усевшись за стол и положив перед собой лист дешёвой бумаги, девушка погрузилась в размышления, вертя в руках свинцовый карандаш. Однако, чем дольше она думала, тем яснее становилось, что без помощи аборигенов ей сей труд не написать. Она же совершенно не знала мир здешних мужчин.
И не только какие-то обычаи, ритуалы, служебные обязанности и чиновничью иерархию, но даже то, как они разговаривают между собой в отсутствие благородных представительниц прекрасного пола. Тут нужен консультант, который мог бы избавить её будущий шедевр от очевидных нелепостей.
Единственный мужчина, с кем она могла бы посоветоваться на такую тему, — это сын её покровителя, господин Дого Асано. Вот только тот явно питает к ней определённый интерес, а сие ну очень не нравится его мамаше.
О том, чтобы обратиться за помощью к Мадуцо или тем более к самому опальному учёному, Платина даже не думала.
Досадливо поморщившись, она негромко хлопнула раскрытой ладонью об стол. Идея, на первый взгляд выглядевшая крайне завлекательно, оказалась слишком трудной для исполнения.
Тогда остаются только «Звёздные войны». Для этого нужно всего лишь перенести действие из «далёкой-далёкой галактики» на небеса или в мир духов, превратить Палпатина в «подлого узурпатора», благородных джедаев — в какую-нибудь секту, а героических повстанцев-республиканцев — в сторонников «законного наследника престола» Люка Скайокера.
Ия принялась торопливо записывать всё, что помнила, о развитии событий в бессмертной киносаге.
От этого занятия её отвлёк настойчивый стук в ворота. Похоже, Ишиша вернулась.
С первого взгляда хозяйка обратила внимание на встревоженное, почти что перепуганное лицо служанки. В душе моментально зашевелилось нехорошее предчувствие. Не сдерживая тревожного любопытства, девушка тихо спросила:
— Что случилось?
Воровато оглядевшись, собеседница шагнула за ворота и вытащила спрятанный под овощами в корзине конверт из плотной, серой бумаги.
— Вот, госпожа, велели вам передать.
— Кто? — торопливо задвигая засов, также шёпотом поинтересовалась Платина.
— Парнишка какой-то, — затараторила женщина. — Весь в лохмотьях. Наверное, из бродяг. Я не хотела брать, но он сказал, что тут написано о жизни или смерти моей госпожи. То есть о вашей.
«Вот же-ж!» — мысленно выдохнув, Ия осторожно, двумя пальчиками, как взрывоопасный предмет или дохлую гадюку, взяла конверт размером примерно с обычную школьную тетрадь её родного мира.
— Узнала, от кого?
— Не успела, госпожа, — повинилась Ишиша. — Как только я его взяла, он тут же убежал. А кричать на весь базар я побоялась.
— Правильно сделала, — машинально похвалила девушка, торопливо шагая к дому и даже не пытаясь угадать, какую гадость подкинула ей судьба на этот раз?
Пройдя в переднюю, вытащила из шкафа кинжал, доставшийся ей от незадачливого налётчика, и, приноровившись, вскрыла конверт. На стол выпал небольшой, сложенный вдвое листочек, но внутри явно оставались ещё какие-то бумаги.
Рассудив, что достать их можно и попозже, первым делом развернула записку. Лаконичный текст гласил: «После полуночи жду вас за воротами. Одеться лучше, как в прошлый раз». А вот вместо подписи красовались какие-то непонятные значки.
«Меня приглашают на свидание? — растерянно усмехнулась Платина. — И какой такой «прошлый раз»?»
Ничего не понимая, Ия кое-как вытащила из конверта многократно сложенный лист тонкой, дешёвой бумаги. К немалому удивлению, тот сразу не развернулся. Неизвестный отправитель скрепил его, капнув клея на углы. Девушка попробовала разрезать их кинжалом, но потом просто аккуратно оторвала.
С шуршанием развернув на столе большой листок, Платина вгляделась в рисунок и обмерла, сообразив, что рассматривает свой портрет. Внизу шла пояснительная надпись, разрушившая последние сомнения: «Разыскивается девица Ио Сабуро — приёмная дочь государственного преступника Бано Сабуро. Любой, кто поможет властям в её поимке, получит в награду сто муни».
Ноги Ии ослабели, голова закружилась, и она тяжело плюхнулась задом на табурет. Меньше всего девушка ожидала чего-то подобного. Пять месяцев она никого не интересовала, и вдруг объявление о розыске.
Девушка едва успела закрыть себе рот руками, прежде чем из глотки вырвался крик, полный боли и отчаяния. В глазах потемнело, и пришелица из иного мира мягко соскользнула на пол, где, подтянув колени к голове, свернулась клубочком, продолжая выть, крепко прижав ладони к губам.
Конечно, рисунок — не фотография и даже не полноценный портрет, но она же узнала себя, значит, и другие узнают. Тем более, что в последнее время ей приходилось общаться не только с семейством Асано и продавцами на рынке. Платина успела «нарисоваться» перед соседями, городскими стражниками, заглянула в уездную канцелярию к местным чиновникам и даже предстала пред светлы очи самого начальника уезда. Среди всех этих людей наверняка отыщется особо глазастый верноподданный Сына неба, желающий помочь властям и заработать вполне неплохие деньги. Её арест зависит только от того, когда такое объявление появиться в Кафусё.
